Каждый вечер Слим возвращался в свой домик, а Дара — если ей везло — оставалась наедине с Зейном. Дара и Зейн. Зейн и Дара. Тихие долгие вечера были ее любимым временем суток. Они сидели перед пылающим в камине огнем, читали или занимались своими делами. Зейн обычно чинил упряжь, а Дара пришивала пуговицы или латала прорехи на его джинсах и рубашках.
«И это у меня получается все лучше», — с гордостью подумала она, втыкая иголку в ярко-красную подушечку-помидор. И подавила вздох.
Чем больше времени она проводила с Зейном Фарли, тем больше убеждалась в том, что… что ее чувства к нему становятся все сильнее, все глубже.
Зейн вдруг поднял глаза, почувствовав, что она следит за ним. Дара улыбнулась, но он остался серьезным. Затем беспокойно заерзал.
— Передай мне, пожалуйста, шило. — Для верности он указал на требуемый инструмент.
— Это? — Дара протянула ему шило и облизнула пересохшие губы. — Я хотела попросить тебя… Ты научишь меня ездить верхом?
— Верхом? На лошади? — удивился он. Дара улыбнулась.
— На чем же еще? Если я научусь, то смогу… ну, ты понимаешь, работать с тобой иногда. Проводить с тобой больше времени.
— Неужели у тебя мало дел в доме?
— Я, конечно, почти всегда занята, но в основном потому, что плохо представляю, как нужно все делать. Когда я стану более ловкой, то работа по дому будет занимать меньше времени.
Его лицо смягчилось.
— Но у тебя уже получается гораздо лучше. Не думай, что я не замечаю.
Дара вспыхнула от удовольствия.
— Спасибо. Очень приятно это слышать.
— А насчет верховой езды… Ты думаешь, что еще будешь здесь… — Зейн прикусил язык, но поздно. Он собирался сказать что-то вроде: «Ты будешь здесь так долго, что стоит беспокоиться?».
— Господи, — прошептала Дара, глядя на него широко раскрытыми глазами, — ты совсем в меня не веришь?
Зейн встал, его лицо снова посуровело.
— Прости. Я не хотел тебя обидеть. Я просто не смогу учить тебя, по крайней мере не сейчас.
Дара тоже встала и подошла к нему.
— У тебя какие-то важные дела? Хорошо. Я могу подождать.
— Ничего важного. — Зейн прищурился. — Может, Слим тебя научит. Я поговорю с ним, если хочешь.
Дара топнула ногой. Ее терпение лопнуло так неожиданно, что она сама удивилась.
— Я не хочу, чтобы меня учил Слим. Если бы хотела, то сама бы его попросила.
— Дело твое.
Зейн пожал плечами и пошел к двери, словно желая поскорее сбежать от назойливой жены.
— Почему?
— Что — почему?
— Почему ты не хочешь учить меня, если у тебя нет важных дел?
Зейн остановился и посмотрел ей в глаза.
— Потому что меня здесь не будет. Через несколько дней я уезжаю на родео. Если я выпаду из системы, то никогда уже не догоню.