Сцепив пальцы рук, Карл, видимо, размышлял над вечными проблемами бытия и, как мудрейший из мудрейших, готовился дать на них ответ.
— Пол проделал большую работу, — добавила Синтия. — Очень поучительно быть с ним в паре.
Во дает, подумал я.
Карл сидел неподвижно, как идол. Становилось ясно, что никакого ключа к загадке и жизни у нашего мудрейшего из мудрейших нет. Синтия старалась поймать мой взгляд. Я отворачивался.
— Да, Ницше... В вопросах любви, ревности, мести женщины еще пребывают в полуживотном состоянии по сравнению с мужчинами, — изрек наконец полковник Хеллман.
— Это Ницше, сэр, или ваше личное мнение? — полюбопытствовал я.
Он посмотрел на меня так, что я почувствовал, как лед подо мной проламывается. Потом сказал Синтии:
— Хорошо. Вы вскрыли тайные мотивы и последствия массового развращения нравов.
— Благодарю вас, сэр.
Карл посмотрел на меня, потом на часы.
— Нам не пора в церковь?
— Пора, сэр.
Мы все встали, взяли фуражки и вышли.
Ехали мы в моем «блейзере», Карл сидел на почетном месте сзади.
— Вы знаете, кто это сделал? — спросил он после долгого молчания.
— Думаю, да.
— Может быть, соблаговолите поделиться со мной?
Тебе-то что, подумал я и сказал:
— Кое-какие вещественные доказательства, свидетельские показания и косвенные улики указывают на полковника Кента. — Я взглянул в зеркало заднего вида и первый раз за сегодняшний день почувствовал радостное возбуждение, увидев, как округлились глаза Карла. Его гранитная челюсть, однако, не отвисла. — Начальник военной полиции, — подсказал я.
Карл взял себя в руки.
— Вы двое готовы выдвинуть официальное обвинение?
Спасибо, что подкинул туза, Карл.
— Нет, полковник. Я передаю дело ФБР.
— Почему не сами?
— Над обвинением еще надо поработать.
Я въехал на стоянку возле церкви — массивного кирпичного сооружения, пригодного для армейских свадеб, похорон, воскресных служб и молитв в одиночку перед отправкой в зону военных действий. Мы вылезли из «блейзера» на жаркое августовское солнце. Стоянка была почти заполнена, и машины парковались на шоссе и на траве.
Синтия вынула из сумочки листок бумаги и вручила его Карлу:
— Это письмо Энн Кемпбелл к миссис Кент. Мы нашли его в ее компьютере.
Карл прочитал письмо и вернул его Синтии.
— Представляю степень унижения и недовольства полковника Кента, когда его супруга получила такое письмо. Но неужели это толкнуло его на убийство?
В этот момент Кент, помахав рукой, прошел мимо нас. Синтия сказала Карлу:
— Это полковник Кент.
— По нему не скажешь, что его преследуют призраки содеянного.
— По-моему, он вот-вот убедит себя, что содеянное им справедливо, — сказала Синтия.