«Идите погуляйте. Нам нужно еще поговорить. — Он посмотрел на директора. — Радуйтесь, что у Вас работают такие решительные люди. Иначе Вы легко могли бы потерять свои деньги. После допроса мне нужны будут и Ваши показания, мистер э-э-э Майерс, если не ошибаюсь».
В сопровождении своих спутников он вышел из банка. Через десять секунд полицейская машина уехала.
Маршалл допил свое молоко.
«Так что Вы на это скажете?» — спросил директор, с отвращением глядя на пустую бутылку из-под молока. Видимо, он не питал любви к этому напитку.
«Я повторяю, что с удовольствием работаю у Вас».
«Ну, хорошо. Майерс, выражаю Вам признательность за быстрые действия. Если бы Вы не сумели так внезапно выхватить у парня оружие и если бы Вы не нажали на кнопку сигнализации…» прищуренных глаз был острым. Они не выпускали из поля зрения дом, в котором скрылись те двое.
Джон попытался сконцентрироваться. Он представил себе девушку, лежащей в постели, подумал, как бы она посмотрела на него — немного удивленно.
Это пронзило Джона, как ударом тока.
Сначала он подумал, что это игра воображения, но потом сомнение исчезло. Чужие мысли копошились в его мозгу и вытесняли свои собственные. Он не только мог понять эти мысли, но и начал видеть все глазами девушки. Он видел книгу, которую она читала, видел небольшой ночник рядом с кроватью, видел строчки и — мог их читать.
Он на секунду в ужасе закрыл глаза, но мысли не уходили. Теперь она отложила книгу в сторону, но продолжала думать. И — как это ни странно — думала она о нем, о Джоне.
Джон вдруг покраснел, отодвинулся от стены и открыл глаза. Он плюхнулся в ближайшее кресло и закрыл руками лицо.
Сработало! Это не фантазия! Он мог читать мысли других людей, сконцентрировавшись на них. В этом не оставалось никаких сомнений.
Он был убежден, что эту фантастическую способность можно совершенствовать. Но было бы лучше, чтобы пока никто не знал о его таланте.
Он совсем забыл о газетных статьях, которые вобщем-то не воспринимались серьезно большинством людей, но некоторых читателей все же заинтересовали.
Он не забыл только об одном: нанести на следующий день визит мисс Нельсон.
С Анне Слоан все было совершенно иначе.
С 18 лет она знала, что она не такая, какими бывают обыкновенные девочки. Ее отец, известный ученый-атомщик, принимавший участие в создании первого ядерного оружия и уединенно живший теперь в Ричмонде, штат Вирджиния, не скрыл от нее этого. За три месяца до рождения ребенка мать получила сильную дозу облучения. Сначала никаких последствий этого не проявлялось, но с рождением Анне внимание профессора Слоана сконцентрировалось на дочери. Когда ей исполнилось 8 лет, появились первые отклонения. При желании она могла усилием воли заставить двигаться игрушечную железную дорогу, хотя та не была подключена к электросети. Только ее желание видеть, как действует железная дорога, приводило ту в движение. Профессор Слоан сначала испугался, но потом понял, что влияние облучения, видимо, изменило строение мозга эмбриона. Скрытые способности человеческого разума пробудились к жизни.