— Между «койотами» грядет война?
— Теперь это уже неизбежно. Ибаньес, то есть Доминго Косой, не простит нарушения обычаев. Он начнет боевые действия сразу после похорон Сифилитика.
— Мне кажется, что вы симпатизируете «молодым», верно?
— В общем да. Но мне не хотелось бы вмешиваться в эту свалку. К тому же, пока «койоты» будут выяснять отношения, на острове будет весьма неспокойно. Туристы перестанут ездить на Хайди, и убытки будут колоссальными. Поэтому драка будет беспощадной. Победитель получит все, побежденных уничтожат. Это не передел собственности, а война на истребление.
— Своим клиентам вы делаете подобные предсказания?
— Ну, тем, кто интересуется, конечно. И Амадо, и Ибаньес не раз интересовались, что сулит им расположение звезд.
— И кому из них вы предсказали победу? Эухения хитренько улыбнулась.
— Ввиду того, что наши отношения вышли на новый уровень доверия, по секрету скажу, что обоим…
— Надо думать, вам эта война выгодна?
— До некоторой степени…
Вошли Лусия и Елена. Доктор Рохас выглядела чуточку удивленной, потому что Ленка, менее чем час назад безжалостно валявшая по полу бедную «научную мышку», вела себя так, будто ничего не случилось. Хавронья уже пыталась расспрашивать коллегу о том, каким образом та пыталась «распаковать» память Сесара Мендеса.
— Дорогая Лусия, — торжественно объявила сеньора Эухения, — все недоразумения исчерпаны. Наши отношения с супругами Бариновыми пришли в норму.
— Жаль только, что погиб Густаво… — заметила Лусия.
— Поверьте, я не хотел его смерти. — Покаяться мне было нетрудно, хотя, скажу откровенно, неправым я себя не считал ни на йоту. — Сожалею искренне, что все так получилось.
— Оставим его душу в покое, — перекрестилась Эухения. — Надо думать, что Господь будет к нему снисходительным. Надо будет успокоить нервы Ромеро и появиться на палубе дружной компанией.
— Надо ли выпускать Сесара? — спросил я.
— Нет, не стоит. Мне не хотелось бы демонстрировать его публике. Когда вы тащили нас на яхту, его вряд ли успели как следует рассмотреть, а тем более опознать. Он одет в обычную униформу моих охранников и не имеет каких-либо «особых примет». Но здесь, поблизости от «Маркизы», на которой есть мощная оптика, ему нечего маячить на палубе. У Эктора Амадо неплохие специалисты, работавшие в ведомстве дель Браво, и они могут заинтересоваться тем, по какой причине воскрес парень, числящийся погибшим при обороне Сан-Исидро от повстанцев Киски.
— Может быть, и нам нечего высовываться?
— Напротив. Вам, по-моему, самое время показаться Амадо. Как-никак вы ему очень помогли.