— Герберт! Вы молодчина! — широко улыбнулась Софья Осиповна. — Вы меня не разочаровали!
— Всегда рад услужить!
— Софья Осиповна чуть ли не бегом бросилась обратно. Антонина Федоровна копалась на огороде.
— Что это вы так быстро возвернулись? Чай поссорились с кавалером-то?
— Наоборот! Он пригласил меня в ресторан!
— Ишь какой! В ресторан! И чего деньги по ресторанам швырять? Наварили бы ему картошечки молодой, с селедочкой да с рюмочкой, чем плохо?
— Это неплохо, но одно другому не мешает! В ресторан пойти тоже очень приятно!
— Отравят вас еще в ресторане-то! Мало ли чего они там в кастрюлю положат! И надолго вы? А то Саша приедет, чего ей говорить-то?
— Так и скажите, уехала с Гербертом Францевичём в ресторан.
— Да разве ж я такое выговорю? Язык сломаешь! Скажу — с кавалером! Она поймет!
— Поймет, поймет! — согласилась Софья Осиповна, охваченная лихорадочным возбуждением. Хозяйке и в голову не вскочит, что она поехала в Москву. Все получилось отлично! Софья Осиповна, уже полностью готовая к поездке, подошла к столу и выдернула наугад из колоды три карты. Туз червей, валет бубен и дама бубен! Отлично, лучше и быть не может! Все карты красные, значит, все будет хорошо!
— Они сидели на кухне, завороженно наблюдая за Дашей, которая на двух больших сковородках жарила кабачки и баклажаны.
— Что это будет? — поинтересовался Денис, втягивая носом воздух.
— Это будет вкусно! — пообещала Даша.
— А почему ты их жаришь отдельно, а потом складываешь в кастрюлю?
— Во-первых, это не кастрюля, а сотейник, — педантично поправила Дениса Даша, — во-вторых, так надо!
— Она затеяла возню с этим блюдом, чтобы блеснуть перед Юрой своими кулинарными способностями. В духовка между тем запекалось мясо с картошкой и сыром.
— Когда с кабачками и баклажанами было покончено, Даша еще поджарила до золотистого цвета лук, помидоры, сложила все это в сотейник, посыпала солью, попробовала и, к изумлению собравшихся, бухнула в эту смесь две чайные ложки сахарного песку.
— Ты с ума сошла! — закричал Стас. — Это же сахар!
— Конечно, сахар!
— Но зачем?
— Надо!
— Какая гадость! — поморщился Стас. — Лук и сахар! Брр!
— Не нравится, не ешь, — повела плечиком Даша. — А кто мне чеснок нарежет?
— Еще и чеснок? — фыркнул Стас.
— Я нарежу! — вызвался Денис, привыкший в деревне помогать девочкам на кухне.
— Вот нарежь эти три зубчика помельче и еще пучок кинзы!
— И тут ори услышали, что в дверь звонят. Стас метнулся в кладовку. Даша бросилась к двери.
— Кто там?
— Данчик, это я! — раздался голос Софьи Осиповны.
— Бабушка! Что случилось?