— Слушай, на днях возвращаются мои соседи, хочешь, я все разузнаю о твоем Рыжем?
— Нет, не хочу. Зачем?
— Значит, Иванишин?
— Мура, отвяжись!
— Слушай, а как тебе удалось сохранить язык? — перевела она разговор. — Тут приезжала одна моя знакомая из Америки, всего десять лет там прожила и говорит ужасно! Все время вставляет английские слова, не помнит уже, как это по-русски…
— Ну, во-первых, я постоянно общаюсь с Додиком, а он ревнитель русского языка, всегда говорит, что терять в эмиграции язык — последнее дело, и вдобавок я способна к языкам вообще, и к родному в частности…
* * *
Мы уже заканчивали обед в отличном ресторане со смешным названием «Сыр». Мура не ошиблась, сказав с чьих-то слов, что там хорошая итальянская кухня. И вдруг позвонил Костя.
— Привет, Шадрина!
Сердце подпрыгнуло и ушло в пятки.
— Привет, Иванишин!
Мура сделала большие глаза.
— Ты, наверное, думаешь, что я мерзавец?
— Ни одной секунды! — рассмеялась я, хотя до его звонка подобная мысль мало-помалу крепла в моей голове.
— Понимаешь, тут куча всяких мелких недоразумений, вплоть до утонувшего в болоте мобильника. Ты простишь меня?
— Безусловно.
— И ты ничего плохого обо мне не думала?
Только не говори, что вообще обо мне не думала!
— Но если так оно и было?
— Шадрина, не начинай! Ты где сейчас?
— Сижу в ресторане «Сыр».
— С кем?
— Иванишин, это нескромный вопрос!
— Понял. Когда освободишься?
— А что?
— Вечером ты свободна?
— В принципе да!
— Согласна пойти со мной на одно довольно скучное мероприятие?
— Если оно скучное, то зачем?
— Долг призывает! Но ты скрасишь мне эту тоску, а потом мы слиняем. Достаточно, если мы пробудем там всего час.
— Ну что ж…
Мне вдруг безумно захотелось его увидеть, на скучном мероприятии или на веселом, какая разница? Лишь бы увидеть…
— Тогда в полдесятого я за тобой заеду!
— Хорошо, а как одеваться?
— Не в джинсы.
— То есть вечернее платье?
— Не обязательно, ты иностранка! Так что если непременно хочешь в джинсах, можешь себе позволить.
— Ладно, соображу.
— Шадрина, ты молодец! Пока!
И ни слова о любви. А я-то уже приготовилась услышать: «Шадрина, я тебя люблю!» Но, как выражается моя юная сестра, «облом!». От этого стало немножко грустно. Я уже привыкла слышать объяснения в любви. Как быстро человек привыкает к хорошему! Но я давно научилась так же быстро от хорошего отвыкать.
— Ой, Динка, ты должна иметь в виду — если ты появишься на модной тусовке с Иванишиным, это будет сенсация!
— Так уж и сенсация!
— Уверяю тебя! И твои фотографии появятся в газетах.
— Всю жизнь мечтала! — засмеялась я.
— Ты вот шутишь, а тебе надо привести себя в порядок!