— Да нет, он очень крепкий, — встряла Рижни.
— А я просто уверена, что он хлипкий и развалится, как только к нему будет подходить Алед во время речного отдыха отца Тиши! — четко проговорила я, доказывая оппоненту свою правоту, на что получила минутное хлопанье глазами и затем утвердительный кивок.
— Значит, так. Нам нужен какой-нибудь инструмент, предпочтительно пила, чтобы подпилить подпорки мостика, — продолжила я, — и одна крепкая веревка, примерно метров пятнадцать-двадцать, желательно темного цвета. Сможешь достать? Только незаметно для всех!
— Так... — задумалась Рижни, — пилу я могу незаметно взять у тетки. Во всяком случае, пока я там жила, ее можно было забрать хоть на неделю, и никто бы этого не заметил.
— Хорошо. Будем считать, что пила у нас есть. Что с веревкой?
— Веревку, да еще такую длинную, найти сложнее, но я постараюсь.
— Прекрасно. Нам нужно все подготовить сегодня вечером, чтобы уже на завтрашней прогулке отец Тиши приобрел нового спасителя, а соответственно и жениха для дочери! Ты иди добывать снаряжение и спрячь его где-нибудь недалеко от тропинки, а я снова пройдусь до мостика и поищу место для нашей засады. — Рижни уже двинулась к двери, когда я припомнила еще кое-что:
— Ах, да! Чуть не забыла. Нам же еще нужна страховка, чтобы, не дай бог, не утопить старика. Захвати небольшую крупную сеть, ладно?
Место у реки действительно было красивым. Я бы сама посидела здесь несколько часов, слушая звуки леса и наслаждаясь журчанием бегущей воды. Было что-то в этом успокаивающее и умиротворяющее.
Но я отвлеклась. Мне требовалось подыскать место, где мы натянем веревку и спрячемся в засаде, а также где поставим сеть для поимки старика, если Алед не окажется достаточно расторопным. После того как я закончила составление примерного плана действий, мне оставалось только определиться с правильной «порчей деревенского имущества», именуемого в простонародье «мостиком». Я поудобнее улеглась на эту вязанку дров, свесив голову со стороны реки и заглянула вниз, осматривая подпорки, которые кое-какие вандалы, во имя любви, будут пилить этим вечером. Итак, наш заговор уже приобретал форму.
Вечером сияющая Рижни доложила о блестящем выполнении задания. Правда, сеть и веревку ей пришлось взять у мужа. Но тот не стал даже ничего выяснять, лишь попросил быть поосторожнее, когда мы отправимся ловить лесного шептуна.
— А кто это такой, лесной шептун? — заинтересовалась я.
— Да никто! — улыбнулась добытчица. — Старики говорят, что когда лес начинает шуметь, это лесной шептун забавляется. Прыгая с дерево на дерево, он их раскачивает и что-то тихо шепчет. Мы, когда еще были детьми, помнится, ходили на него охотиться. Вставали раньше солнца, брали веревку, сеть и отправлялись в лес на его поимку.