На его лице мелькнула тень улыбки. По-видимому, он не сомневался, что девочка знает лишь то, в чем призналась ему. Человеку порывистому и легкомысленному, принцу Конде не хватало наблюдательности и умения разбираться в людях. Первый испуг миновал, и он решил, что все это обычные светские сплетни.
Принц привык к лести и был неравнодушен к женским чарам, и поэтому непритворное волнение этой девочки, сулившей стать настоящей красавицей, остудило его гнев. Анжелика заставила себя поднять на принца наивно-восторженный взгляд.
— Можно спросить вас? — сказала она простодушным тоном.
— О чем же?
— Зачем вы носите юбочку?
— Юбочку?.. Но, дитя мое, это же рингравы. Не правда ли, они — сама элегантность? К тому же скрывают обычные панталоны, которые неизящны и хороши только для верховой езды. А рингравы можно обшивать галуном и лентами. В них очень удобно. Разве в ваших краях их не носят?
— Нет. А для чего эти широкие оборки под коленями? — Это каноны, благодаря им икры выглядят тоньше и стройнее.
— И правда, — согласилась Анжелика. — Очень красиво. Я никогда не видела такого чудесного костюма.
— Да, поистине, говорите с женщинами о тряпках, и вы утихомирите самую злую фурию, — сказал принц, упиваясь своим успехом. — Но мне пора вернуться к своим гостям. Вы обещаете быть умницей?
— Да, ваше высочество, — с нежнейшей улыбкой ответила Анжелика, показав свои перламутровые зубки.
Принц Конде вернулся в залу и, подняв руку, словно. благословляя всех, успокоил тревожно гудевших гостей.
— Кушайте, кушайте, друзья мои. Все это выеденного яйца не стоит. Маленькая негодница сейчас извинится.
А сама Анжелика уже склонилась перед маркизой дю Плесси.
— Приношу вам свои извинения, сударыня, и прошу разрешить мне удалиться.
Маркиза не смогла вымолвить ни слова и лишь махнула рукой в сторону двери, что снова вызвало смешки.
А у двери опять поднялась какая-то суматоха.
— Где моя дочь? Где моя дочь? — громко вопрошал барон Арман.
— Мессир барон требует свою дочь! — насмешливо прокричал лакей.
Среди разряженных гостей и ливрейных лакеев несчастный барон напоминал большого черного шмеля, попавшего в паутину. Анжелика подбежала к отцу.
— Анжелика, ты сведешь меня с ума! — вздохнул отец. — Вот уже больше трех часов я в поисках тебя мечусь среди ночи между нашим замком, домом Молина и Плесси. Ну и денек, дитя мое, ну и денек!
— Уйдем отсюда, отец, уйдем скорее, прошу тебя, — сказала Анжелика.
Они уже вышли на крыльцо, как вдруг услышали голос маркиза дю Плесси.
— Минутку, дорогой кузен. Принц хотел бы с вами побеседовать по поводу таможенных пошлин, о которых вы мне говорили…