Маленький священник поспешно кивнул.
«Ну вот, — подумал Берг, — пошло-поехало…»
Они пришли в примыкающий к гобеленовому залу кабинет. Из зала доносилось треньканье лютни, сопровождаемое высоким голосом Айльфа.
Маркграф присел в кресло, Ансард рядом — на невысокий табурет с массивными ножками, а святой отец пристроился у конторки. Резная тяжелая скамья мореного дерева располагалась у противоположной стены. Она была ниже кресла, так что сидящие на ней автоматически были вынуждены смотреть на его светлость снизу вверх.
— Садитесь, амбассадоры, — пригласил маркграф. «Вероятно, — подумал Леон, — владетель Солера с радостью ограничился бы совершенно приватной беседой с одним из нас, но до сих пор не сумел разобраться в степени обоюдного влияния». Его светлость не без основания полагал, что главный тут Берг, но лишь полагал — в Корпусе отношения между начальником и подчиненным строились на слишком неявных различиях. Да и не был Берг начальником Леона в прямом смысле этого слова — он был куратором миссии, а это уж и вовсе дело деликатное.
Они уселись на скамью, изукрашенные края которой больно врезались в ляжки.
Тут поневоле будешь лаконичным. Леон гадал — так было задумано или случайно получилось?
Берг, казалось, не снисходивший к столь мелким неудобствам, застыл на скамье как статуя, вежливо выжидая…
— Когда ваша милость, амбассадор Берг, прибыли в Солер со своим спутником, я полагал, что вам прежде всего надлежит тут освоиться, — начал маркграф. — У меня сложилось впечатление, что вы и сами стремитесь попервоначалу познакомиться с нашими устроениями и обычаями… Но теперь, как вы сами видите, положение изменилось… А потому я хотел бы знать, насколько распространяются границы ваших полномочий?
— Весьма обширны, ваша светлость, — тут же отозвался Берг, — мы — голос Терры.
— Только ли голос?
Угу, мысленно согласился Леон, еще и глаза и уши…
— Голос, господа мои, ничего не может… голос бессилен. Мне же требуется нечто более материальное — я хочу обратиться к Терре за помощью.
Берг чуть заметно дернул уголком рта, что должно было означать: «Так я и думал».
— Сами видите, амбассадоры, что за напасти ополчились на наши земли… — Не в силах усидеть на месте, ого светлость встал и прошелся по комнате. — Уж не знаю, чем я прогневал Двоих; святой отец вот полагает, что все из-за того, что народ вернулся к древним обрядам.
Он повернулся к примасу, тот молча кивнул в подтверждение.
— Я же полагаю, — сказал маркграф, словно продолжая давний спор, — что скорее наоборот: жители вернулись к древним обрядам, поскольку сочли по своей темноте, что Двое не в силах отвести все эти беды. От отчаяния, понимаете ли.