— Продолжайте, — сказал Колхаун.
— Они отняли у меня револьвер. Его взял человек по имени Пагги.
— Продолжайте, — сказал Колхаун.
— Я закончил, — сказал Хейл. — Могу добавить только, что примерно в семь или восемь часов утра, я точно не знаю, один мексиканец Хосе Чапалла, проезжал мимо и заметил мою машину. Он остановился, чтобы узнать в чем дело, и увидел меня. Он развязал веревки и вытащил кляп. У меня уже не оставалось сил, и Хосе Чапалла отвез меня к себе домой. Там меня покормили и напоили кофе, а потом дали поспать. Когда я проснулся, Хосе Чапалла отвез меня к моей машине, и я уехал. Я отправился в Мехикали. В пути мне попалась закусочная, и я заглянул туда, чтобы выпить пива. Там меня и нашли Дональд Лэм и Нэннси Бивер.
— Спросите, как он себя чувствует. Он все еще ощущает боль в теле? — инструктировал я Колхауна.
— Вас по-прежнему беспокоит боль?
— Конечно! Мне кажется, что у меня переломаны ребра. Сейчас я чувствую себя еще хуже, чем сразу после избиения.
— Попросите его показать синяки, — прошептал я Колхауну.
— Вы можете показать нам синяки? — спросил Колхаун.
Хейл показал пальцем на фингал под глазом.
— На ребрах, на боках, на животе, — шептал я.
— Другие ушибы, — сказал Колхаун. — Где они?
Хейл осторожно положил руку на бок.
— Здесь сплошной синяк.
— Пусть покажет, — велел я.
— Покажите нам, — попросил Колхаун.
— Я вас не понимаю.
— Поднимите рубашку, — суфлировал я.
— Поднимите рубашку, — эхом отозвался Колхаун.
Хейл посмотрел на нас, и вдруг в его глазах появилась неуверенность.
— Я не собираюсь раздеваться на людях, — пробормотал он.
— Пусть покажет кровоподтеки, — прошептал я. — Синяки на руке. Всего один синяк — одну сине-черную отметину.
Колхаун произнес, заикаясь:
— Покажите нам свое тело… Какую-нибудь сине-черную отметину.
— Я не обязан этого делать, — сказал Хейл.
Похоже, Колхаун не знал, как дальше поступить.
— Объявите, что он лжет, — сказал я. — Скажите, что он не может показать ни одного ушиба, что у него нет ни единого пятна на теле. Попросите суд назначить медицинскую экспертизу.
Колхаун пригладил пальцами волосы и сказал:
— Ваша честь, ходатайствую о проведении медицинского обследования. У этого человека на теле нет синяков!
— У него должны были остаться синяки, — сказал судья Полк.
— Он лжет, — сказал Колхаун.
— Минуту, — вмешался Роберте. — Это против правил. Вы не можете подвергать сомнению показания собственного свидетеля. Я понимаю, что человек, который защищает себя сам, может не знать технических тонкостей, но мы обязаны защищать права людей. Вы не можете бросать тень на собственного свидетеля.