Госпожа Б. весьма терпеливо ждала, пока ее не проводили в то место, куда она так стремилась. Перед дамским туалетом она передала свою собачку на руки стюарду – переодетому агенту, дружески его поблагодарила и скрылась за дверью. Она не обратила ни малейшего внимания на другую даму, которая подкрашивала губы перед зеркалом, прошла дальше и, убедившись, что все кабинки, кроме одной, уже заняты, закрылась в этой единственной свободной. Прошло значительное время. Стюард только смотрел, чтобы никто не заходил или не выходил. И вот его миссия была завершена.
Госпожа Б. приняла на руки свою собачку, поблагодарила и деликатно дала понять своему вежливому провожатому, что нашла здешнее заведение в состоянии, в котором ему вовсе не полагалось бы быть, – замечание, которое сделал бы любой благородный клиент соответствующему учреждению на ее месте, имей он для этого возможность.
Когда госпожа Б. опять заняла свое место в зале ожидания для важных персон, то она обнаружила перед собой ту же самую стюардессу, но на этот раз в сопровождении бодрящегося, но явно стыдящегося своей роли служащего таможни в форме:
– Вот, уважаемая госпожа… сейчас… понимаете ли… так… нам очень, очень жаль, но мы вынуждены вас просить пройти досмотр вещей и… личный досмотр.
Какое лицемерие! Госпожа Б. вскочила. Личный досмотр? И зачем? Да это же смешно!
Ей было объяснено, что приказ есть приказ. Остальным пассажирам пришлось пройти аналогичную процедуру. И ни один из них не возражал, а теперь никто не станет делать исключений для госпожи Б. и т.д.
Явно раздосадованная, но все еще сохраняющая самообладание, госпожа Б. покорилась своей судьбе. И вскоре оказалась в таможенном бюро перед двумя атлетически сложенными служительницами, которые попросили, чтобы она сняла с себя всю одежду и позволила бы ее осмотреть.
– Но это совершенно нелепо! Вы же знаете, кто я такая. Ну ладно, пожалуйста, делайте свою работу. Но знайте, что все это – невероятная наглость!
Дальнейшие события этой цочи – весьма деликатная тема, к которой надо подступать с осторожностью. В конце концов госпожа Б. осталась стоять посреди таможенного бюро в костюме праматери Евы. Ее одежда была тщательно осмотрена – но без результата. Да, но ведь служительницы таможни должны осмотреть и са-
му даму – лично! Спереди, извините, – ничего неот бычного. Сбоку – все в порядке. Но вот сзади!
– Вот… здесь… посмотрите здесь! Вы только взгляните… – залепетала совершенно смущенная помощница и кликнула свою начальницу. – Что такое? Немедленно отвечайте! Госпожа Б. вся покраснела от стыда и была близка к обмороку.