Тогда все в порядке. Кролли не понял, что она имела в виду, но если Мадемуазель не беспокоится, то ему тем более волноваться не резон.
Вилли начал сматывать веревку. Модести пыталась отстегнуть с локтя подъемное приспособление. Кролли увидел кровь на пальцах левой руки, которой она держалась за скалу. Он помог ей отстегнуть механизм и положил его в карман. Затем она сделала ему знак и стала продвигаться ползком в сторону Вилли, который развернулся и тоже ползком двинулся по тропе первым. Кролли не отставал.
Прошло еще три минуты. Тропа ушла в скалы, что позволило им уже не ползти, а идти, пригнувшись. Они двигались цепочкой с Вилли во главе. Никто ничего не говорил.
Кролли вдруг испытал странное удовлетворение, которое не имело отношения к удавшемуся побегу — это все придет потом. Просто возвращались веселые старые времена. Рядом была Мадемуазель, рядом был Вилли. Никаких лишних вопросов, никаких ненужных споров. Все молча, все просто и все по делу.
Он вдруг с удивлением подумал — а почему они за ним пришли?
Сеть не являлась благотворительной организацией, состоявшей из людей с высокими принципами. Это была преступная группировка, руководить которой означало обладать свойствами укротителя диких зверей, и роль укротителя исполняла женщина, тогда еще почти что девочка. Кролли был одним из ее наиболее надежных помощников, тех, кто обладал удивительным чувством лояльности, практически отсутствовавшим у большинства мелких уголовников, из которых по необходимости состояли внешние слои их фирмы.
Кролли прекрасно понимал, что Модести и Вилли появились тут вовсе не по причине давнего и плодотворного сотрудничества. Он понимал это и ничего не имел против. Когда Модести делила Сеть, она выразилась самым недвусмысленным образом.
— Можешь возглавить афинский филиал, Кролли, — сказала она ему жарким летним днем в своем танжерском доме. — Не знаю, сколько ты скопил за эти годы, но если ты желаешь отойти от дел и зажить тихой жизнью, я готова заплатить тебе двенадцать тысяч долларов, а филиал возглавит кто-то другой.
— Сейчас мне еще не хочется отходить от дел, — сказал тогда Кролли. — Я бы маленько повременил.
— Как знаешь, Кролли. Не мне давать тебе советы. Ты уже большой мальчик. Но меня теперь рядом не будет, и если ты угодишь в переплет, это уже твоя проблема.
— Ясно, Мадемуазель, — улыбнулся Кролли. — Я уже кое-что нажил и буду осмотрителен.
Модести кивнула и сказала:
— Я не собиралась тебе советовать, но напоследок все же скажу так. Не будь слишком алчным. И попробуй поскорее завязать. Так оно полезней для здоровья.