Модести подняла голову. Небо начало темнеть, надвигались сумерки. Она проговорила:
— Сначала хорошенько подумай. Месть — пустое дело.
— Не для грека, Мадемуазель. Но я должен его убить не из мести. Когда Ласкарис узнает, что я на свободе, он перепугается за свою жизнь. И он обязательно постарается меня укокошить, если я не сделаю этого раньше.
Модести посмотрела на Вилли, который чуть пожал плечами. Они оба понимали, что Кролли прав.
— Тогда поторопись, — сказала она. — Но мы вытащили тебя совсем не для этого.
— Это я понимаю, — протянул он, вопросительно глядя на них.
— Мне нужно имя. Имя того, кто послал тебе посредника договориться насчет заказного убийства. Примерно семь месяцев назад.
— Да, полиция интересовалась. Но я им ничего не сказал. — Вдруг в его глазах загорелся огонек любопытства. — Обратно за старое, Мадемуазель? — спросил он.
— Нет.
Кролли немного подождал, но Модести явно не собиралась больше ничего говорить. Кролли разбирало любопытство, но он понимал, что вряд ли что-либо узнает. На мгновение ему стало обидно, но он быстро взял себя в руки. С тех пор как Сеть распалась на отдельные организации, Кролли слышал странные толки про Модести и Вилли. Теперь он увидел их опять и мог убедиться, что сталь не заржавела и не притупилась. Возможно они не занимались прежними делами. Но они явно занимались чем-то очень серьезным.
Кролли затянулся сигаретой, выпустил дым и сказал:
— Его зовут Джек Уиш.
Стивен Колльер поставил стакан на столик со словами:
— Я не уверен, что смогу помочь.
Всего четыре часа назад он приехал в этот дом на острове Зильт. День клонился к вечеру. За эти часы Колльер получил слишком много разных впечатлении, мешавших ему мыслить с той четкостью, с какой хотелось.
Сам по себе дом хоть и был обставлен с роскошью, но отличался удивительным безвкусием. Его претенциозность порядком раздражала Стивена, а его вкус был оскорблен эклектичностью обстановки.
Да и те, кто в нем находился, тоже не составляли гармоничного целого. Сефф, с лицом, походившим на маску, и напоминавший покойника своим черным костюмом, Регина, его супруга, хрупкое и нелепое существо в цветастом платье на пять дюймов ниже колена, Джек Уиш, американец, сильно смахивавший на громилу, у которого явно не было никаких обязанностей, кроме как бесцельно бродить по дому в шортах и сандалиях.
С Боукером он уже был отдаленно знаком и слышал о каком-то скандале, из-за которого тот был вынужден оставить врачебную практику несколько лет назад.
И наконец, Люцифер, молодой человек с телом античного бога, красивым лицом, окаймленным темными волосами, и сознанием, пораженным глубочайшей паранойей. С Люцифером он пообщался недолго — сразу после того, как Боукер немного пролил свет на особенности его недуга.