Девушка ещё колебалась, не в силах принять никакого решения, однако в этот день всё стало совсем плохо. Тревога, что называется, поедом ела Файлинь изнутри, не давая ни мгновения покоя. Джей в беде, Джей в беде! — молотами стучало в ушах.
В том, что это предчувствие явилось, для Файлинь не было ничего странного. В клане по-прежнему действовала магия, хотя и далеко не так сильно, как раньше, а девушка всегда очень остро ощущала грозящую другим опасность, тем более если перед этим долго думала о ком-то определённом. Сейчас таким “определённым” стала Джейана.
Сжав кулачки, Файлинь стояла возле самых ворот клана. Туда! Туда! Джей попала в беду!.. Но… это далеко… и там не оказаться в один миг — заклятие перемещения известно одной Фатиме.
На сердце стало совсем тяжело. Перед мысленным взором проплывали какие-то мрачные своды подземелий, и сама Джейана в окружении безликих серых фигур, что немилосердно волокли её куда-то, грубо заломив руки за спину.
Но что толку в бессильной тревоге, если ничем не можешь помочь?..
Несколько мгновений Файлинь как будто бы колебалась. А потом вдруг решительно закусила губу и твёрдым шагом направилась к домику травниц, где хозяйничала Ирка (подружка, хоть и не слишком близкая) и где Фатима до сих пор держала медленно выздоравливавшую Лиззи.
— Ой, это ты, Фай, привет, что не заглядываешь? — Как всегда, Ирка суетилась вокруг булькавшего на небольшом огне чёрного котелка, где парилось какое-то густое, остро пахнущее варево. В углу, на лежаке, прикрытая тканым одеялом, дремала Лиззи, на подушке
рядом с головой девочки примостилась любимая тряпичная кукла. Кукла ворочалась и забавно пыхтела во сне.
— Смотри, Лизёныш игрушку оживила, сама заснула, а кукле хоть бы что, — с улыбкой прошептала Ирка, кивая в сторону спящей маленькой волшебницы. — Вот силища, да? Нам бы такую…
— Ага, — напряжённо кивнула Фай, сбрасывая кожушок, — в доме было жарко натоплено. — Ага, нам бы всем… Слушай, Ир, я к тебе по делу.
— По делу? — тотчас насторожилась низенькая травница. — Из малышей кто-то заболел?..
— Да не-ет, малышня в порядке… чего с ними будет… — махнула рукой Фай. — У меня другое… Совсем.
Файлинь совершенно не умела обманывать. Иногда, если припрёт, могла она и проявить твёрдость, и дать отпор любому, однако когда дело доходило до вранья — тут она была последней.
— Иркин, разбуди Лиззи. Можешь? Мне поговорить с ней надо.
— Лиззи? — изумилась травница. — Зачем это, только заснул ребёнок…
— Ир. Нужно. Очень. Для всего клана нужно, — Фай умоляюще прижала руки к груди.