Адвокат так горячо убеждал Кэтрин, что она уже готова была согласиться и спросила:
— Вы хорошо знаете остров?
— Мой отец родом оттуда. Он был лондонским агентом лэрда, до меня. Я тогда часто приезжал на остров. Это дикое, но очень красивое место. Сказочное место. — Он застенчиво улыбнулся.
И тут Кэтрин снова услышала голос матери:
— На острове уже расцвели нарциссы. И следом голос отца:
— Скоро и здесь расцветут.
Кэтрин тогда была еще слишком мала, чтобы уловить тоску в этих ничего не значащих фразах.
Ей вдруг захотелось увидеть остров, где выросли ее родители. И получить наследство, которое сделает их с Эми материально независимыми.
Она поднялась.
— Есть над чем поразмыслить, — сказала она адвокату. — Завтра сообщу вам о своем решении.
— Превосходно.
Адвокат тоже встал.
— Непременно приведите мужа, это имеет к нему прямое отношение.
Кэтрин вышла на улицу словно в тумане. Теперь, возможно, все ее проблемы будут решены. Но для этого ей нужен муж, причем в срочном порядке.
Не один год прошел с тех пор, как Майкл в последний раз посетил дом Эшбертонов, огромный, величественный, неприступный. Там ничего не изменилось. Разве что у Риггза, дворецкого, прибавилось седых волос. Однако выражение лица его оставалось по-прежнему надменным.
Майкл вручил ему шляпу.
— Полагаю, бдения у постели умирающего происходят в покоях герцога?
— Да, лорд Майкл.
Майкл повернулся, направившись к такой же, как все остальное, величественной лестнице, и, поднимаясь по отполированным мраморным ступеням, вспомнил, как когда-то съезжал вниз по скользким перилам. Каждый раз ему за это доставалось, однако он не бросал своего увлекательного занятия.
И все-таки что-то было не так, как обычно. Все словно притихли в ожидании таинства смерти.
Лакеи в напудренном парике и бриджах до колен сразу узнал Майкла и с поклоном распахнул перед ним двери покоев герцога.
Майкл набрал в легкие воздуха, вошел, пересек прихожую, которая вела в покои отца, и попытался вспомнить, бывал ли он когда-нибудь здесь. Кажется, нет. Отношения у них с отцом всегда были прохладные.
В спальне, где было пугающе темно, стоял тяжелый запах лекарств и тлена. Майкл был потрясен, увидев, как исхудал отец. На фоне тяжелых бархатных драпировок над кроватью и массивных резных деревянных стоек его тело казалось совсем крошечным. И Майклу вдруг представилось, что это смерть-старуха пришла за страшным великаном-людоедом, которого он так боялся в детстве. Как солдат, Майкл с почтением относился к могуществу и завершенности смерти и даже посочувствовал четвертому герцогу Эшбертонскому, который впервые встретил непобедимого врага.