В спальне теснилось человек десять: брат и сестра Майкла со своими супругами, камердинер и секретарь герцога, врачи.
Графиня Херрингтонская, сестра Майкла, завидев его, нахмурилась:
— Странно, что ты здесь. Он сжал губы.
— Если мое присутствие нежелательно, Клаудиа, это легко поправимо.
Брат Майкла, услышав его разговор с сестрой, мрачно заметил:
— Здесь не место для пререканий. Отец хочет видеть Майкла, поэтому я и пригласил его.
Все Кеньоны были высокого роста, шатены, с тонкими чертами лица, в маркизе Бенфилдском проглядывали надменность и уверенность в себе человека, которого растили герцогом. В детстве братья неплохо ладили, между ними было всего два года разницы, и мальчишкой Майкл звал брата Стивеном.
Но уже не один десяток лет Майкл не называл брата иначе, как Бенфилд.
— Там Майкл? — раздался хриплый шепот, и все посмотрели в сторону кровати.
— Да, сэр. Я приехал. Майкл подошел ближе.
Герцог стал похож на тень, кожа да кости, и только в глазах по-прежнему горел гнев.
— Уйдите все, пусть останутся Майкл и Бенфилд, — проскрипел старик.
— Но, отец… — запротестовала было Клаудиа. Отец не дал ей договорить:
— Вон!
Всех будто ветром сдуло. Лицо Клаудии перекосилось от злости.
Майкл вопросительно посмотрел на Бенфилда, но тот лишь покачал головой.
— Хотите знать, зачем я вас позвал, — все тем же скрипучим голосом проговорил герцог.
Это было скорее утверждение, чем вопрос. Майкл напрягся. А он, дурак, еще надеялся на примирение в последнюю минуту. Какое, к черту, примирение, если между ними никогда не было ничего общего. Гадая, какой еще сюрприз приготовил ему перед смертью родитель, Майкл осторожно сказал:
— Вполне естественно для отца желание увидеть перед смертью всех своих детей.
— Ты мне не сын, — с гримасой отвращения произнес старик.
Майкл был на пределе.
— Как вам угодно, сэр, — холодно сказал он. — Меня не удивляет лишение наследства, но будь я проклят, если знаю, какое преступление совершил. И никогда не знал.
Выцветшие голубые глаза герцога полыхнули злобой.
— Ты не мой сын! Я, кажется, ясно выражаюсь? Чего еще можно было ждать от этой шлюхи, твоей матери?!
Майкл стал задыхаться и, пытаясь совладать с собой, перевел взгляд с герцога на Бенфилда. Те же черты лица, тот же цвет волос, которые он видел каждое утро в зеркале.
— С вашего разрешения, я очень похож на Кеньона. Возможно, она солгала, чтобы вас позлить.
Бог свидетель, герцог и герцогиня жили, как пауки в банке. Старик побагровел от ярости.
— Она не лгала. Ты сын моего младшего брата Родерика. Я застал их вместе.
Бенфилд судорожно вдохнул, он, как и Майкл, был в шоке.