– Какую черту?
– Черту, которую я всегда мысленно провожу, когда имею дело с мужчинами. Черту, разделяющую приемлемое и неприемлемое.
– Было бы честнее, если бы ты сразу познакомила меня с полным списком правил поведения.
– Нет, я девушка непостоянная и любопытная. И предпочитаю всякий раз выдумывать новые правила.
– Это я заметил.
– Кажется, тебе понравилось.
– Мне нравишься ты, – воскликнул он, обняв ее. – Это я знаю наверняка.
– Тебе не я нравлюсь, Мартин, – ответила Джейн, откинув голову, когда он начал целовать ее в шею, – а то, что я для тебя делаю.
– М-м-м… Возможно, ты и права, – Он коснулся губами мочки ее уха, затем слегка прикусил…
Голова у Джейн пошла кругом, она ощущала его губы на самых чувствительных точках ушей, и в ней закипала горячая волна страсти.
– Пойдем наверх, – прошептала она.
Когда он оторвал жаркие губы, глубокая дрожь сотрясла тело Джейн. Боже, да она просто безнадежна. Абсолютно безнадежна.
Остается надеяться, что хоть не беспомощна. Осознав свою слабость в присутствии Мартина, Джейн все же оказалась способна держать их отношения под контролем. Покачивая головой, будто в плену сладостного дурмана, она улыбнулась Мартину ласково и маняще.
– Так мы идем наверх, Мартин? Надеюсь, на сей раз не на веранде и не на траве, а?
Вместо ответа он еще сильнее прижал ее к себе и поцеловал с такой жадностью, что Джейн поняла: еще немного, и она уже не будет в состоянии контролировать что-либо. Поэтому она мягко высвободилась, сделала глубокий выдох и, взяв Мартина за руку, ввела его в дом. Однако его хватило ненадолго, и у ступенек лестницы, ведущей в спальню на втором этаже, он снова страстно прильнул к губам Джейн. Но она отвернулась решительно и без колебаний.
– Нет, – произнесла она твердо. – Не так.
– А как?
– Не так безумно. И бездумно. Остынь немного. Нет, – быстро поправилась она, сама хмелея от своих слов и мыслей, – я хочу сказать: мне нужна передышка. Я хочу любить тебя, Мартин, а не наоборот.
Его стон выдал страстное желание, а вовсе не отказ от предложения. Возбуждение Джейн достигло предела, как только безудержная фантазия услужливо нарисовала следующую картину: он распростерт перед нею совершенно обнаженный, а она творит с ним все, что пожелает…
Приподнявшись на цыпочках, Джейн взяла лицо мужчины в ладони и поцеловала в полураскрытые губы, теперь уже ее язычок нашел самые чувствительные места на губах Мартина, о чем поведал новый стон. Но как только его руки обвились вокруг ее талии, Джейн снова заговорила, не узнавая собственного голоса, и возбуждающего, и убаюкивающего: