— Удивительный опыт с сэром Лайонелом сильно помог мне и в вашем случае, Гревилль, — заметил Петри, стоявший за моей спиной.
— Вы имеете в виду лекарство, предложенное сэром Брайаном Хоукинсом?
— Да… Во всяком случае, мне так казалось.
Я отвернулся от окна и уставился на доктора с любопытством, еще более подстегнутым выражением его лица.
— Что-то я не вполне понимаю… Из Луксора вы послали телеграмму в Лондон, сэру Брайану, дав полный отчет о состоянии шефа. Он телеграфировал в ответ, что сообщил все подробности доктору Амберу, по счастью оказавшемуся в тот момент в Каире. Вскоре тот вам позвонил.
— Совершенно верно, Гревилль. Вскоре доктор Амбер позвонил, обсудил со мной этот случай, сказал, что он согласен с мнением сэра Брайана и посылает коробочку с лекарством. В коробочке я нашел пузырек, содержавший треть драхмы 2 какой-то жидкости, и инструкцию, предписывавшую вводить подкожно один миним 3 лекарства в день до тех пор, пока состояние больного не придет в норму. После четырех инъекций здоровье сэра Лайонела полностью восстановилось, правда, в его памяти не сохранилось никаких воспоминаний о времени, прошедшем с момента нападения на него до той минуты, когда он открыл глаза в номере луксорской гостиницы.
— Что ж, совершенно очевидно, что для сэра Брайана Хоукинса это большая удача, — заметил я. — Ну, а получив в качестве пациента меня, вы, конечно, пришли к заключению, что я пострадал от того же самого яда…
— И потому применил то же самое средство, — подхватил доктор Петри. — И с тем же поразительным результатом. — Он помолчал, пристально вглядываясь в мое лицо. — Когда мы добрались до Каира, доктор Амбер уже выехал из своей гостиницы. А когда приехали в Лондон, узнали, что сэр Брайан Хоукинс путешествует за границей. Он, впрочем, вернулся на следующее утро.
— Ну? — поторопил я его, когда он снова замолк, уставившись на меня странным взглядом.
— Сэр Брайан Хоукинс никогда не получал моей телеграммы, — медленно проговорил Петри.
— Что?!
— Он никогда в жизни даже не слышал ни о каком докторе Амбере и ни малейшего понятия не имел о препарате, образец которого я ему продемонстрировал.
— О Боже!
— Не беспокойтесь, Гревилль. Да, мы стали жертвой коварного заговора. Но кто-то незнакомый нам спас ваши жизни и победил Фа Ло Ше! А теперь, извините, я должен идти. Жена хочет кое-что купить, а я никогда не позволяю ей выходить в одиночку, даже в Лондоне. Вы понимаете, почему.
Я кивнул.
— Райма и сэр Лайонел прибывают завтра, — добавил он. — Догадываюсь, что вы считаете не только часы, но и минуты.