Лес засмеялась.
— Ты его получишь! Диких львов ведь положено кормить мясом.
Он кинул на нее быстрый взгляд.
— Эй, не говори так, а то нам придется остановиться.
— Остановиться? Это еще зачем? — деланно непонимающе спросила она.
— Не догадываешься? Совсем-совсем? — И он потянул ее руку к своим джинсам.
Лесли взвизгнула от восторга:
— Давай! Давай остановимся скорее!
— Эй-эй, молодая леди, извольте вести себя прилично и не приставать с такими бесстыжими предложениями к мужчине, находящемуся за рулем. Вы подвергаете опасности окружающих, — шутливо заявил он.
— Опасности? Какой это?
— Скончаться от зависти! — С этими словами Гарри свернул на обочину и крепко поцеловал ее.
Но Лесли быстро освободилась.
— Это не я, а ты, мистер Джодди, ведешь себя бесстыдно. Я предлагала мотель, а ты готов заниматься любовью прямо на шоссе!
Он расхохотался и продолжил путь.
Они ехали, особенно никуда не торопясь, часто останавливались, выходили размять ноги и полюбоваться окрестностями, заслуживающими, по правде говоря, большего внимания, чем рассеянный интерес погруженных в свои чувства любовников. Несколько раз заглядывали в придорожные рестораны.
Нехотя ковыряя ложечкой в мороженом, Лесли чуть ли не с тревогой следила, как Гарри без видимого напряжения расправляется с остатками пиццы.
— Милый, неужели я довела тебя до такого состояния, что ты никак не восстановишь силы?
Он непонимающе взглянул на нее, но потом вытер с подбородка жирное пятно и ответил:
— Ты слишком льстишь себе, коварная соблазнительница. Хотя… можно сказать, конечно, и так. Ты не заметила, что я сегодня не курил? И вчера тоже?
Она широко раскрыла глаза.
— Ты решил бросить? Ради меня?
— Но-но, не зазнавайся! Скорее ради себя. Разумная предосторожность. Вдруг тебе надоест, что от меня несет табаком, и ты откажешься целоваться со мной.
— Гарри! — изумленно воскликнула Лесли. — Ты поражаешь меня с каждым днем все больше и больше. Чтобы пойти на такие жертвы, ты должен действительно любить меня.
— А ты сомневаешься в этом? — серьезно спросил он. — Ты не веришь, что я люблю тебя больше всего на свете? Я бы сказал даже — больше жизни, но это ложь. Потому что моя жизнь отныне — это ты. А я никого не могу любить больше тебя. Даже тебя.
— О, Гарри… — Лесли протянула ему руку, и они немного посидели молча, глядя друг другу в глаза и думая каждый о своем.
Его мысли были немногочисленны и просты. Как же мне повезло, как повезло! Я сделаю все, что в человеческих и сверхчеловеческих силах, чтобы она не разочаровалась во мне. Я буду достоин ее, моей голубоглазой богини…