Ники прыснула.
— Ричард тоже такой?
— Да, конечно, хотя в последнее время он по большей части лишь мой преданный слушатель. — Сестры дружно расхохотались, и Мередит подмигнула Ники. — И все-таки, чего ты добиваешься, малыш?
— Я сама толком не знаю. Просто хочу быть уверена… то есть хочу точно знать, что ему нужна я сама. Мередит медленно покачала головой.
— Ты действительно не веришь ему? Ники подняла глаза и жалобно сказала:
— Миа, ты же знаешь, что произошло тогда в больнице девять месяцев назад, когда я почувствовала запах духов Трейси, и…
— Итак, все дело в том, что какая-то цыпочка пыталась его соблазнить, а ты распсиховалась, — подвела итог Мередит. — Что вполне объяснимо в подобных обстоятельствах.
Наклонившись, она коснулась руки сестры.
— Послушай, малыш, даже если мужчина убийственно хорош собой, это вовсе не значит, что он Казанова.
— Ты имеешь в виду, такой мужчина, как наш отец? — с горечью уточнила Ники.
— Ах, вот в чем дело! — Мередит погрозила Ники пальцем. — До того как ты встретила Джейсона, ты считала, что мужчине можно доверять не больше, чем мартовскому коту. Но ты ошибаешься.
— Наверное, ты права, — не могла не признать Ники.
— Но ведь это несправедливо — обвинять во всем Джейсона из-за нашего отца.
Ники кивнула, вспомнив слова Джейсона, сказанные им Стефани несколько дней назад.
— Хотела бы я, чтобы все так просто объяснялось. Какие новости об отце?
Мередит повертела в руках бумажный стаканчик и неуверенно посмотрела на младшую сестру.
— Я как раз хотела тебе сказать… Мама планирует собрать всю семью весной, на крещение нашего малыша, если все будет хорошо. И… она хочет пригласить папу и его жену из Калифорнии.
— Не может быть!
Мередит кивнула.
— И это после того ада, через который он заставил ее пройти, уйдя от нас к этой пустышке? — возмутилась Ники.
— Ники, Сандра не пустышка.
Ники вздохнула.
— Хорошо, допустим. И все-таки это она разрушила брак наших родителей.
— Дорогая, мы не знаем, что говорил Сандре отец о своей семье, когда они познакомились, и что на самом деле происходило между отцом и мамой, — рассудительно заметила Мередит. — Я не пытаюсь защищать его как мужчину, но как отец он выполнил свои обязательства, дав нам возможность получить хорошее образование. — Сочувственно посмотрев на Ники, она добавила: — Я знаю, ты все еще злишься на него. Тебе не кажется, что пора похоронить старые обиды?
— Говори только за себя. — Ники воинственно вздернула подбородок. — Я поражена, что мама вообще обсуждала вопрос о его приглашении на крестины.
— Жизнь коротка. Может быть, мама устала от этой враждебности. В конце концов, человек имеет право видеть своего внука.