— Черт! — Джейсон поднял голову. — Надо перевернуть индейку.
Ники засмеялась:
— Спасена таймером.
— Спорим, что нет? — прорычал он в ответ.
Когда он вышел, Ники почувствовала, что вся дрожит. Быстро натянув лифчик и свитер, она плюхнулась в ближайшее кресло.
Через секунду в дверях появился Джейсон. Ники судорожно сглотнула, окинув его взглядом — без рубашки, лохматый, с расстегнутым поясом и горящими от желания глазами. Боже, он никогда еще не был так неотразим!
Гневное недоумение исказило его черты, когда он заметил ее в кресле.
— Боже, только не это, — зловеще произнес он.
Ники не смогла удержать озорную усмешку. В два счета Джейсон преодолел разделявшее их пространство, и отчаянная попытка Ники спастись ни к чему не привела. Смеясь, он схватил ее, приподнял и бросил на диван.
Через несколько мгновений лифчик и свитер вновь оказались на полу, а Ники, издав продолжительный стон, перестала пытаться вернуть себе эти предметы туалета, совершенно лишние, пока они с Джейсоном целовались и ласкали друг друга на диване. Однако индейка вновь напомнила о себе, раз за разом заставляя повторять убийственный ритуал: поцелуи, ласки, прерывистое дыхание… — и звонок таймера. Процесс обольщения в перерывах между приготовлением еды.
— Я решительно собираюсь дать этой птичке умереть в собственном соку, — проворчал Джейсон, поднимаясь в ответ на очередной звонок.
— Ну нет, — промурлыкала Ники. — Ты ведь так гордишься своим кулинарным талантом.
— И талантом любовника, — лукаво добавил он.
К тому времени, как обед был готов, оба пребывали в полубессознательном состоянии от возбуждения. Когда они сели за стол, украшенный свечами, чтобы съесть наконец эту злосчастную индейку, Ники едва удерживалась, чтобы не упасть со стула.
— Как замечательно, — промолвила она, мечтая, чтобы на месте индейки оказался Джейсон.
В свою очередь, он на протяжении всей трапезы просто пожирал ее глазами.
За кофе, к которому был подан тыквенный пирог, Джейсон вручил жене маленькую коробочку, обернутую нарядной фольгой.
— Веселого Рождества, Ники, — нежно произнес он.
— Спасибо, — поблагодарила она, освобождая от фольги бархатный футляр. — А мой подарок тебе у меня дома. Мы его возьмем, когда ты меня отвезешь.
— Конечно. Ну открывай же скорей.
Она откинула крышку и ахнула. Внутри лежал бриллиантовый браслет в золотой оправе.
— Джейсон! — воскликнула Ники.
— Тише, надень-ка лучше скорей, — попросил он с улыбкой, потом достал браслет, щелкнул изящной застежкой на ее запястье, нагнулся к ней и быстро поцеловал в губы.
— Дорогая, почему бы нам не прогуляться по вечернему городу, посмотреть на рождественские огни?