Збышек от неожиданности вздрогнул.
— Знаете что, — гневно сказал он, — у меня и так достаточно всяких забот. Не морочьте мне голову.
— Но вы послушайте. Изо всей мастерской остались только три человек которые имели возможность и достаточные поводы, чтобы его задушить. В их числе находитесь и вы, причем на первом месте. Я хотела бы услышать от вас правду и уверен что вы ее скажете. Я должна знать, потому что я, если это вы убили, не только откажусь от сотрудничества с милицией, но и сделаю все возможное, чтобы запутать следствие еще больше.
Збышек посерьезнел и задумчиво посмотрел на меня.
— На каком основании вы это утверждаете?
— На основании исследования всех наших действий, которое милиция, кстати, тоже проводит. Впрочем... причины вашей неприязни к Тадеушу скрыты, по-моему, еще больше, чем само преступление, не правда ли? Но если они будут разгребать и дальше, то докопаются и до этого. Если же это сделали не вы, то скажите, и я спокойно смогу переключиться на кого-нибудь другого. Я должна вас убеждать? Вы сами прекрасно понимаете...
Збышек долго молчал, глядя перед собой невидящим взглядом, потом внезапно как бы очнулся и принял решение. Я почувствовала себя в дурацкой ситуации и ждала его ответа в ужасном напряжении.
— Это вы во всем виноваты, — сказал он с укором. — Пока я с вами не познакомился, моя жизнь была проста и спокойна...
— А я пробудила в вас человеческие чувства. Вы должны быть мне благодарны.
— Наверное, я благодарен. С одной стороны, я на вас очень обижен, а с другой — очень благодарен вам. Я предвижу большие неприятности, но одно могу вам сказать: даю вам честное слово, что я его не убивал. Этого вам достаточно?
— Слава Богу! — с облегчением сказала а потому что с моей души свалился огромный камень. Я знала Збышека достаточно хорошо, чтобы избавиться от обуревавших меня сомнений. — В случае чего вы сможете это доказать?
— Постараюсь, — холодно ответил он, делая вид, что внимательно читает разложенные перед ним бумаги. — У меня просто не было повода.
Нет, это было бессмысленно! Значит, я должна найти что-то такое, чтобы очистить его от подозрений властей. Я критически посмотрела на него и осуждающе помолчала.
— Кому вы это говорите? Мне? Вы знаете, и я знаю, что вы знаете, что я знаю, что речь идет об Анке.
— Между мной и Анкой никогда не было ничего такого, что нужно было бы скрывать, — запротестовал Збышек так решительно, что чуть не уверил меня в этом.
Я одобрительно кивнула головой.
— У вас очень хорошо получается, и все в это, несомненно, поверят, принимая во внимание вашу непоколебимую добродетель. Но у меня свои сведения. Вам напомнить?