В квартире грымзы было три окна — одно в кухне, по одному в комнатах. Занавески ни на одном из них не были задернуты. Павлик в момент вскарабкался на дерево, растущее перед окном соседкиной квартиры, Яночка так же быстро залезла на груду кирпичей у гаража, откуда можно было заглянуть в соседкину кухню. И в комнатах, и в кухне было пусто. Ни одной живой души!
— Куда она могла подаваться? — ломал голову Павлик. — Ведь в дом вошла, мы сами видели. Вот ведь старая ведьма!
— Может, как ведьма, в трубу вылетела? — предположила Яночка, а когда Павлик недовольно взглянул на нее, поспешила добавить:
— Да шучу я. Хабр! Ищи грымзу! Ищи! Грымзу!
Умный пес прекрасно понял, к кому относится словечко «грымза». Он бросился к двери в дом, а когда ее открыли, пересек маленькую прихожую устремился вверх по лестнице, ведущей на чердак. Дети на цыпочках последовали за ним.
— Видишь! — радовался Павлик. — Точно, дело нечисто, раз она сразу поперлась со своей посыл кой на чердак.
— Тихо! — шипела на него сестра. — Не можешь тише подниматься? Трещишь, как трактор.
— Это ступеньки трещат, а не я, — оправдывался Павлик.
Замок на двери, ведущей на чердак соседки, был отперт, самой соседки не было видно, но о ее наличии на чердаке очень выразительно проинформировал Хабр. Прислушавшись, дети услышали тихий шелест бумаги.
— Интересно, что она там делает? — прошептал одними губами Павлик.
— Не знаю, — так же тихо ответила Яночка, — но думаю — посылку свою распаковывает. Слышишь, бумага шелестит?
— А почему на чердаке? — недоумевал Павлик.
— Откуда мне знать? Может, догадалась, что мы станем подглядывать в окна, и забралась на чердак?
Вот шелест бумаги прекратился, что-то легонько стукнуло, а потом послышался уже знакомый не понятный звук — будто что-то тяжелое волокли по полу. Павлик ткнул сестру в бок, но она и без того навострила уши. Потом послышалось легкое потрескивание и снова тот же самый звук. Тут до сих пор спокойно сидящий у ног Яночки Хабр вскочил и, беспокойно оглянувшись на девочку, чуть слышно предостерегающе рявкнул. Схватившись за руки, брат с сестрой бросились с о всех ног наутек. Они еще не успели спуститься с лестницы, когда услышали лязг запирающегося замка.
Яночка поцеловала Хабра в нос.
— Песик, дорогой, ты просто спас нас!
— Что бы мы без него делали? — вторил Яночке брат. — А чем она так трещала, ты не поняла?
— Ничего я не поняла, — раздраженно ответила сестра. — Сначала вроде бы тащила по полу корзину, а потом трещала. Непонятно! Из кухни выглянула удивленная бабушка.
— Дети, вы уже пришли? Как же это я не слышала, когда вы входили? Раздевайтесь скорее, у меня для вас новости...