– Ах, если бы только и я могла думать так, как вы! – вздохнула Джудит.
– Уверяю вас, вы сами увидите, что все будет именно так. А пока что мне поручено никоим образом не разрешать вам волноваться. Если не возражаете, считайте, что я – доверенное лицо Ворта. И именно поэтому, мисс Тэвернер, я приказываю вам надеть ваш дорожный наряд и поехать со мной. Выгляните в окно, и тогда вы не сможете быть столь неблагодарной и не сможете больше отказываться!
Джудит выглянула в окно и чуть улыбнулась при виде гнедых Ворта, впряженных в его экипаж, которых нетерпеливо сдерживал грум.
– В любое другое время я бы не удержалась, – сказала она. – Но сегодня…
– Мисс Тэвернер, и вы осмеливаетесь вот так, в открытую, выступать против воли моего брата? – возмутился капитан. – Я не могу этому поверить!
Миссис Скэттергуд тоже стала уговаривать Джудит. И мисс Тэвернер им уступила. Вскоре она сидела на козлах двуколки, сжимая в руках вожжи. Изо всех сил стараясь отвлечь Джудит от ее мрачных мыслей, капитан Аудлей то шутил, то дурачился, а потом вдруг делался серьезным и остроумным. Однако ничто не вызывало у мисс Тэвернер большого оживления. И тут на ее губах появилась улыбка, потому что Аудлей, когда экипаж уже почти вернулся на Морской Парад, вдруг предложил, что поедет с нею в Лондон, если от Перегрина на этой неделе не будет никаких вестей.
– Ничуть не сомневаюсь, они будут непременно, – сказал он, – но, если их не будет до следующего четверга, я обязательно поеду с вами и Марией в Лондон и сам доставлю вас на Боу-стрит.
– О, если бы вы только могли! – воскликнула мисс Тэвернер. – Вот так сидеть здесь, ничего не делая для поисков Перри, не ведая, какие меры сейчас предпринимает лорд Ворт, – это просто невыносимо!
– Я уже вам пообещал, – сказал Аудлей. – Но до тех пор постарайтесь делать все так, как вас просил Ворт. Наберитесь терпения, не давайте пищи для злых языков и не придумывайте себе самого страшного!
Капитан помог мисс Тэвернер выйти из экипажа, проводил ее в дом и кивнул груму, чтобы тот сел на козлы. Едва только за мисс Тэвернер закрылась дверь, от веселости капитана не осталось и следа. По дороге к дому Ворта на Стейне лицо Аудлея становилось все более хмурым. Глядя на хозяина, грум было даже решил, что у капитана сильно разболелась рука.
Капитан Аудлей обедал в одиночестве, а потом сразу же пошел пройтись по набережной. В девять вечера здесь собиралось много любителей модных прогулок, и не успел Аудлей уйти далеко от дома, как встретил с полдюжины знакомых. Несколько человек спросили его о Ворте, чем он сейчас занимается. Но, по-видимому, новости об исчезновении Перегрина сюда еще не дошли, и потому никого не удивило, что Ворт уехал в Лондон по своим делам. Капитан Аудлей успел уже в пятый раз таким образом объяснить отсутствие Ворта. И тут он увидел идущего ему навстречу мистера Бернарда Тэвернера и понял, что тот намеревается его остановить. Аудлей поклонился двум дамам, высказавшим сожаление по поводу отъезда Ворта, и сам подошел к мистеру Тэвернеру.