Внезапно где-то рядом с вертолетом, который только собирался взлететь, раздался раскатистый грохот выстрела. Эхо пронеслось по окрестностям и замерло вдалеке.
Фрост почувствовал, как его губы сами расползлись в улыбке. Да, голос любимого револьвера специального агента О’Хары трудно было с чем-то спутать. Капитану даже показалось, что он услышал громкий повелительный крик:
— Это ФБР! Замрите, индюки!
Протарахтел автомат, мелькнул свет, кто-то проорал какую-то команду. А потом опять громыхнул “Смит и Вессон”, раздался крик боли и незабываемый голос:
— Я сказал — замрите. Если кто еще шевельнется, то получит уже не по заднице, а прямо в башку!
Рев двигателя внезапно смолк. Повисла неправдоподобная, оглушающая, давящая в уши тишина.
Фрост быстро выбрался из ямы. Он хотел было приказать Джессике оставаться на месте, но передумал, ибо знал. что она все равно не подчинится. Капитан двинулся напрямик через поле к вертушке. В левой руке он держал браунинг, в правой — “Узи”. Женщина следовала за ним.
Тишина стояла недолго. Раздался голос мужчины, видимо, одного из тех, которые находились в вертолете.
— Эй, если ты действительно из ФБР, то лучше вали отсюда. Здесь работает “Фирма”. Тебе тут нечего делать.
— Я сам знаю, что мне делать, — ответил О’Хара. — И если я выстрелю еще раз, то можете вызвать гробовщика.
Затем послышался другой голос, молодой и испуганный:
— Этот парень прострелил мне руку.
— Заткнись, пацан, — со злостью ответил первый мужчина.
Фрост продолжал движение. Когда он был уже в десятке метров от вертолета, кто-то истерически завопил:
— Смотрите, те двое обходят нас.
— Я работаю на ФБР, — крикнул Фрост. — Брось оружие!
Он видел на фоне слабого света из кабины вертолета силуэт высокого худого мужчины с резким профилем. Тот стоял, не обращая внимания на дождь и поворачивал голову из стороны в сторону.
— Эй, послушай! — крикнул он, обращаясь к О’Харе. — Эти двое разыскиваются федеральными властями. А мы…
— Заткнись, умник, — раздался голос О’Хары. — Твоя голова у меня на прицеле. Если их ищут федеральные власти, то это моя работа, правильно? А ЦРУ не имеет права вмешиваться во внутренние дела. Ведь так записано у вас в уставе, а?
— Да, но…
— Вот и все, — отрезал О’Хара. — Бросайте оружие и отойдите от вертушки, иначе ваши мозги испачкают машину.
Фрост пока молчал. Он понимал, что здесь сейчас главный О’Хара и не хотел ему мешать.
— Бросить оружие, я сказал!
Несколько секунд было совсем тихо, а затем прозвучал голос мужчины с резким профилем. Голос, полный ненависти и горечи.
— Ладно, делайте, как он сказал. Я не знаю, кто ты, — обратился он к О’Харе, — но. клянусь Богом, если я когда-нибудь доберусь до тебя, то ты очень пожалеешь об этом.