— Четвертый, чего варежку разинул! Мочи «супера», мать твою!!
Огромный, пожалуй, выше двухметрового роста силуэт, черный на красном фоне, не то бежал, не то плыл по пробитому в стене проходу прямо на Романцева.
Мышцы все еще вибрировали, а кончики пальцев покалывало, как при ударе электрическим током. Левая рука занемела, но эти болезненные ощущения, как ни странно, исчезли почти мгновенно. Он поднял пистолет, метясь скорее не в приближающийся к нему стремительно черный силуэт, а в сам этот паранормальный провал и резко, вкладывая в это движение всю свою силу, весь пережитый им молниеносный испуг, нажал на спусковой крючок…
В первый момент он подумал, что ничего не произошло. Может, его оружие снабжено вторым предохранителем, который он не заметил, или вовсе не заряжено?
Но «коридора» — не стало. Одновременно со звуком шлепка пустое пространство мгновенно и целиком заполнила некая густая стеклоподобная масса, поглотив и того боевика, что успел выстрелить по Романцеву, испытав таким образом его энергозащиту, не говоря уже о психике, которой тоже досталось.
На том месте, где был «коридор», осталось лишь бледное световое пятно. Романцев пальнул прямо перед собой еще разок — пятно мигом исчезло.
— Одного «супера» завалил, — тут же похвастался он в эфире своими успехами. — Как у тебя дела, Первый?
— Не говори «гоп», — прозвучал неодобрительный голос Ураева. — Лучше смотри хорошенько по сторонам!
Романцев сжимал пистолет обеими руками. Перчаток он даже не ощущал: ему казалось, что он ощущает рифленую рукоять обнаженной кожей.
Заметив чуть справа от себя наливающийся бледным заревом прямоугольный контур в стене, он развернулся всем корпусом и вновь нажал на курок… «Забутовав» начавшийся было формироваться провал, он засек еще одну попытку пробурить к площадке, на которой стоял «коридор». Дважды нажав на курок, он пресек и эту попытку.
Только он подумал, что дела у него начинают поправляться, что теперь он будет следовать призыву Феликса «не разевать варежку» и «мочить» всех, кто под руку попадется, как слева от него, буквально в одно мгновение, образовался провал, освещенный голубоватым светом.
— Осторожно, Четвертый, — раздался у него в наушниках спокойный голос Сергея. — Свои…
Сергей так и остался стоять на самом краю пробитого им «коридора», поскольку на площадке, диаметром чуть поболее двух метров, ему в компании с Романцевым было бы тесновато. Алексей с удивлением отметил, что охранник таскает на себе как минимум вдвое больше амуниции и снаряжения, нежели он сам. Помимо кобуры с пистолетом, которая висела у него на поясе, в руке тот держал оружие, внешне напоминающее обычный винчестер, а за спиной у него висела еще какая-то штуковина — Романцеву был виден лишь массивный приклад… И как это он только умудряется таскать на себе всю эту гору оружия и приборов…