Он убрал лопатку и с превеликой осторожностью стал разгребать снег голыми руками.
— Сейчас тебе не научиться. Нужно каждый день наблюдать. Требуется постоянная практика. И она должна быть беспрерывной. Перерыв ослабляет восприятие многих деталей, и тонкости могут остаться незамеченными.
— Но ведь ты сам давно воюешь, а значит, мог позабыть тонкости.
— У меня опыт большой — хрен позабудешь.
Ермолаев низко склонился над сугробом и, набрав в легкие воздуха, резко и сильно дунул. Снежинки закружились в свете фонаря. След открылся. Иван очень внимательно стал вглядываться в него.
— Проклятие! — наконец произнес он. — Надо командиру доложить.
— Я не знал — наша это машина или немецкая, — продолжал свой рассказ Зайнулов. — Но по поведению шофера, а он решительно направил автомобиль в мою сторону, я понял, что наша.
Она остановилась неподалеку, из салона выскочил статный улыбчивый офицер. Внутри сидел еще кто-то, но я не мог разобрать, кто. Офицер отдал мне честь, назвался капитаном Соболевым и, более ничего не говоря, открыл заднюю дверцу автомобиля. Военный, появившийся оттуда, был невысокого роста, крепкий, с решительным лицом и волевым взглядом. От количества звезд в петлицах я чуть не ослеп, хотя я на своем веку генералов повидал и в царской армии, и в Красной.
— Я ищу штаб Резервного фронта! — резко произнес высокопоставленный генерал.
— Штаб находился где-то под Малоярославцем, — ответил я.
— Что там за солдаты на полустанке?
— Это мой полк тридцать второй армии Резервного фронта, товарищ генерал армии, — ответил я.
— Что вы несете! — возмутился он. — Тридцать вторая армия находится в окружении под Вязьмой!
— Так и есть, — ответил я. — Но нашему полку удалось вырваться из окружения.
Он поверил, тем более что даже на расстоянии были видны белые повязки раненых солдат. Выражение лица у генерала смягчилось.
— Много же километров вы прошагали от Вязьмы, полковник, — сказал он.
— Двое суток без отдыха, товарищ генерал армии.
— Сильны немцы под Вязьмой?
— Сильны. Танков много. Пехоты тоже.
— Кто-нибудь еще прорывается из окружения?
— Я не знаю… У меня нет связи, нет свежих карт… Но немец повсюду, вплоть до Юхнова.
— Юхнов занят?
— Этого я тоже не могу сказать. Мы прошли мимо.
О чем-то задумавшись, генерал стал рассматривать верхушки деревьев вдали. Его внешность показалась мне знакомой. Но я так и не вспомнил тогда, где мог с ним встречаться.
Дальнейшие события развивались стремительно. Хотя полк понес серьезные потери, солдат в нем осталось достаточно. Мои ребятки ничего не успели сделать из-за того, что всё случилось слишком быстро. К тому же они остались далеко и не подоспели на помощь.