— Прости, — произнес он, уныло глядя на Беттину через дверной проем. — Ты меня застала врасплох.
— Поэтому я ухожу.
Она повернулась к нему спиной и продолжала собирать вещи.
— Конечно, Беттина, ребенок — это… Прости.
Он подошел к ней и попытался ее обнять, но она вырвалась из его рук.
— Не дотрагивайся до меня.
— Пойми, я же люблю тебя! — Он силой повернул ее к себе лицом и увидел, что глаза у нее опять мокры.
— Прошу, оставь меня, Энтони. Я… — она не могла продолжать. Она безумно испугалась потерять его. Ей хотелось разделить вместе с ним радость рождения ребенка, и поэтому она растаяла в его объятиях, надеясь, что лучшие мечты все-таки сбудутся.
— Все в порядке, малышка, все в порядке. Просто я и вообразить себе не мог…
Когда она перестала плакать, они спокойно сели.
— Но готовы ли мы, Беттина? — спросил Энтони.
Она храбро улыбнулась, хоть на лице еще не высохли слезы.
— Конечно. А почему нет?
Все годы, прожитые с Айво, она душила эту мечту, которая тогда была несбыточной. Она даже не представляла себе, до чего ей хочется иметь детей. Вплоть до последнего времени. Это вдруг разом стало для нее превыше всего.
— Но как мы его прокормим? — мрачно спросил Энтони, а она в это время подумала о своих драгоценностях. Если появится нужда, их можно будет продать. Как раз хватит, чтобы поднять ребенка на ноги.
— Не беспокойся. Как-нибудь да справимся. Сейчас же нам хватает.
— Это не одно и то же.
И, тяжко вздохнув, словно ему это тоже причиняло боль, Энтони участливо посмотрел на Беттину.
— Мне очень неприятно говорить об этом, но не лучше ли сейчас сделать аборт, а ребенка завести потом, когда мы сумеем накопить немного денег, когда оба станем на ноги, когда я найду работу, наконец?
Однако Беттина решительно воспротивилась этому.
— Нет.
— Беттина, будь благоразумной!
— К черту! Значит, вот чего ты хочешь? Аборта?
Их спор на сем не закончился, а, напротив, разгорелся. Беттина в конце концов победила, но Энтони еще две недели ходил мрачный, так что она часто подумывала о том, чтобы уйти от него, пока однажды он не пришел домой сияющий, издав на пороге радостный возглас.
Беттина с улыбкой подошла к нему, он так и светился от счастья.
— Что случилось?
А ведь можно было догадаться.
— Я получил работу!
— Что за работу, скажи! — Беттина, радуясь за него, шла за ним по пятам к дивану. Неужели враждебности последних недель наступает конец? — Ну, не томи, Энтони, скажи!
— Скажу, обязательно скажу! — казалось, что от счастья он не может произнести и двух слов. — Я получил главную роль в «Солнечном мальчике»!