Я в ужасе смотрела на доверчивого ребенка.
— Ты что, Настя, совсем с ума сошла? — простонала я. А если б тот дяденька тебя по башке стукнул? Наркоманов, готовых на все чтобы просто выдрать из этой машины магнитолу — знаешь сколько?
— Не, тот был не наркоман, точно! — заверила меня Настя.
У меня отлегло от сердца.
— Он бомжом был, — призналась девочка.
Ледяная рука ужаса снова сжала мое сердце. Вспомнился сразу Вован с его понятиями о дружбе.
— Госссподи! — в отчаянии простонала я.
— Ну вот как не сделай — все вам не так, — буркнула Настя. — Вам не угодишь.
Я отдышалась и слабым голосом спросила:
— И чего этому бомжу надо было?
Настя поерзала на сидении, после чего неохотно сказала:
— Стрелку он вам забил на завтра.
— Какую такую стрелку? — не поняла я.
— Ну встречу, свидание, — принялась просвещать меня Настенька.
«Свидание» с бомжом…
Меня аж передернуло.
— А с чего он мне стрелку-то назначил? — перебила я ее.
— Ну а мне откуда знать? — вздохнула она. — Он просто велел — мол, передай своей матери что дядя Федя завтра у бачков будет ее ждать, пусть ближе к вечеру подгребает!
— А, дядя Федя, — заулыбалась я. — Так бы и сказала! А чего он ко мне не подошел?
— Ну, он сказал что не хочет перед ментом светиться.
— А с чего он решил что это мент? — недоуменно спросила я.
— Ну вы даете, тетя Магдалина, — снисходительно ответил ребенок. — Так ведь у него на роже все написано!
— Не на роже, а на лице! — возмутилась я. — Что за выражения, черт возьми!
Настя обиженно замолчала, после чего буркнула:
— Тогда и вы не говорите «черт возьми».
— Я, Настенька, взрослая, мне можно! — назидательно ответила я.
— А почему вам можно, а мне нельзя! — возмутилась она.
— Мала еще! — отрубила я.
— Это не аргумент! — отрубила она. — Что за дискриминация по возрастному признаку!
Я в полнейшем изумлении уставилась на нее. Да я в восемь лет и словов-то таких не знала! Ну ладно «дискриминация по такому-то признаку» — это она явно у меня слизала. А вот «аргумент»???
— Настя, — слегка отойдя от шока, сказала я. — Понимаешь, люди до четырнадцати лет, пока не получат паспорт, вообще мало прав имеют. Но и обязанностей тоже почти нет.
— А как же декларация прав ребенка? — не отставала она.
— Господи, да откуда ты такое знаешь — то? — не выдержала я.
— А нас по пятницам перед уроками в актовом зале на политинформацию собирают. Все слушают вполуха, а я знай на ус мотаю! — довольно ответила она.
Я молчала до самого дома. Я была в состоянии полнейшей прострации. Нынешние дети определенно слишком взрослые…
Дома Настенька первым делом подключила к телевизору в детской свой денди и уселась играть. Катьку, которую мы по пути забрали из детсада, как всегда возилась в уголочке с куклами, она вообще ребенок беспроблемный. А с Димочкой играл Серега, тряся над ним погремушкой. Я зорко оглядела свое семейство, выдала им неизменный кулек с мандаринками и тут зазвонил телефон.