Из окон и дверей своих комнатушек стали выглядывать жильцы, желая понять, что все-таки происходит, а вскоре они заполнили двор. Кое-кто из полицейских довольно вяло пытался отправить жителей обратно в дом. Из «Дома Торонто» выбежала женщина с криком: «Пожар!»
Где же Феликс!
Томсон с одним из полицейских вынесли Саттона. Казалось, он либо без сознания, либо мертв. Уолден подошел поближе, посмотрел. Нет, не мертв: рука его сжимала пистолет.
С крыши опять посыпался шифер.
– Там настоящее кровавое месиво, – произнес полицейский, вышедший из здания вместе с Томсоном.
– Вы нашли Феликса? – спросил Уолден.
– Там ничего невозможно разглядеть.
Томсон с полицейским пошли обратно в дом. Упало еще несколько обломков шифера...
Тут в голове Уолдена словно сверкнуло. Он посмотрел вверх.
В крыше образовалась дыра, и из нее-то и вылезал сейчас Феликс.
– Вот он! – закричал изо всех сил Уолден.
Словно завороженные они смотрели, как Феликс выбрался из чердака и пополз к карнизу.
«Если бы только у меня был пистолет...» Склонившись над безжизненным телом Саттона, Уолден вытащил из его пальцев оружие.
Взглянул вверх. Феликс присел на колени на самом гребне крыши. «Жаль, что это не ружье», – подумал Уолден, поднимая револьвер. Прицелился. В этот момент Феликс посмотрел прямо на него. Глаза их встретились.
Феликс шевельнулся.
Прогремел выстрел.
Он ничего не почувствовал.
Побежал.
Это походило на бег по канату. Феликс должен был расставить руки, чтобы удержать равновесие, он должен был осторожно ступать по узкой кромке гребня и отгонять от себя мысль о возможном падении с высоты пятидесяти футов прямо во двор.
Раздался второй выстрел.
Феликс запаниковал.
Он побежал быстрее. Впереди маячил край крыши. Он уже видел пологую крышу соседнего «Дома Монреаль», но он и понятия не имел, насколько широк зазор между двумя зданиями. На секунду он остановился в нерешительности, и в этот момент Уолден снова выстрелил.
Феликс со всех ног бросился к краю крыши.
Прыгнул.
Полетел. И во время этого полета в воздухе ему послышался, где-то далеко-далеко, собственный крик.
На мгновение, внизу на улочке он увидел трех полицейских, с открытым ртом уставившихся на него.
Он шмякнулся о крышу «Дома Монреаль», больно ударившись руками и ногами.
От прыжка он почти задохнулся. Заскользил вниз по крыше. Тут ноги его уперлись в желоб. От тяжести тот почти поддался, и Феликс уже подумал, что вот сейчас соскользнет с крыши и будет падать и падать вниз без остановки. Но желоб не сломался, и он перестал скользить.
Страх овладел им.
Отдаленный уголок его мозга запротестовал: «Ведь мне неведом страх!»Он дополз до гребня крыши, а затем, перевалившись через него, спустился к другому ее краю.