Турак задержал дыхание, у него напряглись мускулы. Он ждал.
Небольшой шаттл сел и спустя мгновение, после внутренней настройки боковая дверь открылась, опустился трап. Оставаясь в тени корабля, Сечавех сошел на посадочную площадку.
И быстро понял, что что-то не так. Но за этот миг Турак покинул укрытие, оказался на открытом месте и недрогнувшей рукой направил шокер на грудь отца.
Сечавех не двинулся с места. Он не мог добраться до своего жаора быстрее, чем его сын нажмет на спуск, хотя, как и всегда, прибыл вооруженным.
— Ну, — тихо сказал Сечавех и его голос прозвучал слишком спокойно для человека, который вот-вот должен умереть. — Неплохо организовано. Лорд Думар, если не ошибаюсь?
Турак кивнул. Он покороче подстриг бороду, более мелко завил волосы и, соответствующим образом используя косметику, изменил черты лица. Теперь он довольно сильно походил на упомянутого Думара. Конечно, отец узнал Турака, но сомнительно, что его узнают и посторонние.
— Если кто-то меня видел и это станет известно, то след приведет к лорду Думару, — пояснил он.
— Неплохо спланировано, — тон голоса кайм’эра был откровенно оценивающим, хотя он проявлял осторожность и не делал никаких неожиданных движений, чтобы Турак случайно не выстрелил. — Немного простовато, но ты определенно понял сущность таких дел. Поделись со мной также и остальным, — предложил Сечавех.
— Машак тебя ненавидит и поэтому принимает решение убить на посадочной площадке, — с нескрываемой гордостью начал Турак. — Но сразу не получается. Начинается борьба, оба падают за край площадки… — он пожал плечами, подразумевая остальное холодностью жеста. — Я сомневаюсь, что удастся собрать то, что осталось и сделать из этого какие-то полезные выводы.
— А если кто-то и вспомнит, что видел тебя здесь, то дадут неправильное описание. Неплохо, Турак. Думар — не худший мой соперник, но он подойдет. Ты отправил Машаку послание?
— Да, — Турак улыбнулся, довольный своей работой. — Я использовал код доступа Думара и послал сообщение из соседней системы, где он в данный момент отдыхает. Нанятая мной женщина займет его и не позволит общаться с кем-либо все то время, когда он должен как бы находиться здесь.
— А для нее ты что приготовил?
— Черную Смерть.
Сечавех причмокнул языком.
— Беру свои слова обратно, Турак, — не неплохо, а великолепно сделано, вплоть до последней детали. Я горжусь твоей работой. На самом деле горжусь. При условии, что ты себя обезопасил…
— Конечно, — торжествующе улыбнулся сын.
— Ну тогда… все?
Турак поднял оружие выше, с очевидным наслаждением поглаживая спусковой крючок.