Макс быстро сориентировался и помог профессору подняться на сиденье.
— Как мне плохо… — Замке держался за голову и раскачивался. — Как плохо… Голова так болит… У нас нет кофе?
— Это самая веселая шутка, которую я слышал за все время этой пустынной гонки, — заявил Богер. — Потребовать кофе посреди песка, это сильно. Восхищаюсь вашим мужеством, профессор.
— Ооо… Как болит… Как болит…
Фрисснер упорно молчал. Теоретически в аптечке можно было найти какое-то болеутоляющее, но тратить его на загулявшего пьяницу, который мается с похмелья, Артур считал неправильным. Да и вряд ли поможет.
— Почему так дурно пахнет? — спросил Замке.
— А чего бы вы хотели? — поинтересовался Богер. — Вы думаете, что от вас фиалками пахло? Нет, дорогой профессор, теперь уж терпите.
— И бок болит, — плаксиво пожаловался Юлиус. — Что у меня с боком?
— Ушиблись, — пояснил Макс. — Когда с сиденья упали.
Богер не стал уточнять, что с сиденья на пол машины профессора скинул именно он. К чему расстраивать человека?
— Тошнит… Ооо… Меня тошнит… Артур… Остановите! Меня сейчас вырвет!
— Черта с два! — зло ответил Фрисснер. — Окно откройте и вперед. Я не стану останавливать экспедицию из-за двух… Одного алкоголика.
— Ооо… Моя голова! Тошнит! Ягер, зачем вы меня так напоили?! Тошнит…
Наконец он справился с окном и высунулся наружу, освобождая содержимое своего желудка Богер брезгливо поморщился.
— Интеллигенция, — отчеканил Ягер. — Совсем не умеет пить.
— Позвольте заметить, что напоили его именно вы, — сказал Фрисснер.
— Я его не заставлял, — невозмутимо парировал Людвиг.
К тому моменту, когда колонна подошла к Тмессе, Фрисснер все чаще засыпал за рулем, а профессору изрядно полегчало. В нем даже проснулся исследовательский инстинкт.
— Мне кажется, что мы прибыли вовремя. Ну, или почти вовремя, — профессор метался от окна к окну. — Посмотрите туда, где-то там должна быть площадь… И фонтан.
— Фонтан? — Спросил Ягер.
— Да, да, именно так!
— Что за бред, — сказал Макс Богер. — Кому в голову придет такая идиотская мысль — ставить фонтан посреди Африки? Эту идею нельзя назвать особенно экономичной.
— Естественно, только это религиозная традиция. Поймите, Макс, это бывает только раз в три года. Этот фонтан работает только семь дней, а потом вода уходит…
— Что значит — уходит? — спросил Ягер, оборачиваясь к профессору. — Вы хотите сказать, что уровень воды тут меняется?
— В этом-то все и дело. А…
— Дышите в сторону, — посоветовал Людвиг.
— Извините, — нисколько не смутился Замке. — Так вот, раз в три года водяные озера в скальном основании внезапно меняют свою наполненность… Понимаете?