— То в школе…
— Кофе готов. — Кельтен снял котелок с огня. — Давайте ваши кофейные чашечки, господа. Кому сливки, булочки?
Роль «кофейных чашечек» исполняли металлические кружки, сливок — консервированное сгущенное молоко, а булочек — твердые, как пемза, галеты, но ритуал оставался неизменным. Это было своего рода развлечение, маленькая радость перед сном, и даже Корнелиус прихлебывал напиток с довольной ухмылкой. Альтобелли выпил две кружки и подумал, что сегодня не нужно. Только не сегодня. Завтра с утра, в дороге, но только не сегодня, потому что ему начинали нравиться эти люди, которых он заранее предал.
Те, которые противятся Аллаху и его посланнику…
Коран. Препирательство. 21 (20)
Муамар, как только отряд вошел в город, растворился в лабиринте улиц, словно бы его и не было. Юлиусу Замке показалось, что на лице проводника застыло крайне обеспокоенное выражение.
Ягер долго и, на взгляд Замке, бестолково гонял солдат за водой, заполнял пустые канистры, посылал самого молодого солдатика в расположение итальянского гарнизона за новыми емкостями взамен пропоротых и тех, которые уже было невозможно починить своими силами.
— Шевелитесь, шевелитесь! — поминутно орал штурмбаннфюрер. — Что вы застыли? Это вода, а не помои, живее! Сами будете потом пить и радоваться!
Нужно было отдать Ягеру должное — каким-то образом знал всех солдат по именам и, обращаясь к ним, ни разу не ошибся.
— Вы, Ханке! Что вы мечетесь, как таракан на раскаленной сковороде?! Что вы мечетесь? Попадайте в ритм цепи! Попадайте! Человека не хватает? Меня это не волнует, а на качестве работы это не должно сказываться вообще!
Людвиг нашел где-то прутик и теперь в такт своим словам щелкал себя по ноге, словно стеком.
— На счет раз подняли, на счет два приняли пустую емкость, неужели это так сложно для вас, Герниг?
Солдаты потели и ощущали себя словно на плацу во время строевой муштры. Один только унтер Обст стоял в сторонке и наблюдал за работой. На лице унтер-офицера не отражалось ничего, и было сложно понять, что же он думает обо всей этой процедуре.
— Итальянский майор не дал канистр! — Это вернулся молодой солдатик, посланный в штаб к союзникам. — Он говорит, что нужно было лучше стеречь —свои и не подставляться этим тупорылым арабам.
— Что? Так и говорит? А какого черта вы рассказали ему о ночной стычке? Обст! Примите командование, я совершу визит в расположение наших союзников, — и, размахивая импровизированным стеком, Ягер удалился вслед за молодым солдатом.
Замке понял, что другого такого удобного момента может не представиться.