– Как можно передать ей детеныша?
– Может, выпихнуть через дверь?
– А если они на него наступят?
– А нам какая разница!
Тираннозавриха за окном издала серию нежных звуков, завершив ее низким угрожающим рыком.
– Сара...
Но Сара неожиданно встала во весь рост, глядя прямо на динозавра. Она сразу же заговорила тихим успокаивающим голосом:
– Все хорошо... все в порядке... малыш здоров... Я просто развяжу его... Вот увидишь...
Огромная голова тираннозавра заслонила все окно. Сара увидела, как напряглись могучие мышцы шеи. Челюсти медленно задвигались. Руки Сары тряслись, пока она распеленывала детеныша.
– Вот и хорошо... Твой ребенок в порядке... Видишь, все нормально...
Скорчившись у стены, Малкольм прошипел:
– Что ты делаешь?
Она ответила, не меняя интонации:
– Я понимаю, что звучит это глупо... Но со львами это срабатывает... иногда... Вот и все... Малыш свободен...
Сара развернула одеяло, сняла кислородную маску, продолжая спокойно и неторопливо приговаривать:
– Так... теперь нужно просто...
И закончила, взяв малыша на руки:
– ...просто отдать его тебе.
Внезапно самка отвела голову и ударила в стекло, которое покрылось белой паутиной трещин. Окно сразу сделалось непрозрачным, но Сара отчетливо увидела надвигающуюся тень, за чем последовал второй удар. Стекло вылетело из рамы. Сара выронила малыша на стол и отскочила. В трейлер всунулась окровавленная морда тираннозавра. Самка порезалась об осколки стекла. Но тут же ее ярость улеглась, и она начала действовать осторожнее. Тираннозавриха принялась обнюхивать дитя от головы до кончика хвоста. Дойдя до повязки, динозавриха принялась быстро лизать фольгу. Наконец она легко опустила нижнюю челюсть на малыша и так замерла. Лишь моргала огромными глазами, не сводя взгляда с Сары.
Малкольм лежал на полу и смотрел, как по оконной раме ползут капли крови. Он начал было подниматься, но Сара оттолкнула его голову обратно.
– Тс-с, – прошептала она.
– Что там?
– Она проверяет его сердцебиение.
Тираннозавриха фыркнула, открыла пасть и осторожно взяла малыша в зубы. Потом медленно попятилась, протаскивая детеныша через разбитое окно.
Динозавриха положила звереныша на землю, так что Малкольм и Сара видели, что произошло дальше. Чудовище склонилось, и его голова тоже пропала из виду.
– Он проснулся? – прошептал Малкольм. – В смысле, детеныш проснулся?
– Тс-с-с!
Снаружи донеслись легкие хлопки, которые сопровождались тихим рокотанием материнской глотки. Сара встала на цыпочки, стараясь разглядеть, что там происходит.
– Что там? – снова поинтересовался Малкольм.