Российские телестанции круглосуточно ведут репортаж с места захвата, тема войны в Чечне стала ведущей в публичных дискуссиях. Но от постоянных телефонных звонков заложников из зала захваченного театра мороз проходит по коже. «Пожалуйста, не штурмуйте театр, они убьют всех нас! – сказала заложница Татьяна Солнышкина, позвонив по мобильному телефону на НТВ. – Они обвешаны взрывчаткой и взорвут нас!»
Газета «Вашингтон пост»:
Бесконечная маленькая война Владимира Путина
Конфликт, который стал экзаменом его президентства
Он полагал, что это будет маленькая и быстрая война, всего несколько недель: просто выбросить бандитов из их гнезда.
Но три года спустя Путин оказался лицом к лицу с последствиями этой не столь быстрой и не такой уж маленькой войны, которая сделала его президентом. Захват чеченцами театра с заложниками неподалеку от Кремля стал проверкой и экзаменом: будет ли Путин и дальше пользоваться доверием и даже обожанием русских или его руководство политическим истеблишментом будет уничтожено?
Марат Абдрахимов:
Один чеченец сказал: «Вас всех взорвут вмеcте с нами. Назначат обязательно штурм, а штурм закончится тем, что мы просто нажмем эту кнопку». И мы больше всего боялись штурма.
Катя Стародубец:
Я постоянно бегала за лекарством маме. Одна из чеченок, Света, мне заявила: «Чего ты здесь бегаешь?» «Вот мама умрет, – говорю, – перестану…» А она: «Нечего мне на совесть давить! Еще увижу – застрелю!» Она была самая агрессивная. Я слышала, как они говорили, что скоро начнут показательные расстрелы. И Света сказала, что хочет принять участие.
Тут Бараев влетает в зал: «Ваши не хотят вас освобождать!» Все чеченцы клацают автоматами, встают в позу. И весь зал, как по команде, падает под кресла. А он орет: «Всем сесть! А то будем кидать гранаты!»
Одной молодой женщине позвонила на мобильник четырехлетняя дочка. А он был в руках боевика. Мама перепугалась. «Что ты волнуешься? – засмеялся боевик. – На, поговори с дочкой перед смертью!» У нее глаза округлились. А он смеется: «Не волнуйся, сначала мы будем расстреливать мужчин…»
Александр Сталь:
У одного паренька нашли сотовый телефон. К этому времени все уже отдали свои телефоны, звонки были запрещены, за них грозили расстрелом. Вину парня усугубляло то, что он разделся до майки (было очень душно), а боевики по какой-то своей логике считали это то ли вызовом, то ли признаком неуважения к женщинам. Его вывели в фойе, сказали, что расстреляют. Раздалось несколько выстрелов, потом парень вернулся. Мы его не расспрашивали, а он сам не рассказывал. Думаю, что несколько раз выстрелили над головой.