– И куда мы теперь? - Осведомился Никола.
– Может, погуляем просто? К народу приглядимся?
– Давайте, к другой тюрьме пойдем гулять, - внес коррективу в предложенный план металлист.
И мы пошли по раскисшей дороге. По пути нам встречались редкие вялые прохожие. Они останавливались, задерживали на нас взгляд на мгновение, и шли себе дальше. Не удивлялись, нет. Отмечали что-то в своем сознании, и вяло продолжали свой путь. Даже собаки и кошки не избежали тяжкой участи - передвигались, точно снулые мухи. Последние и вовсе отсутствовали.
Так прошли мы километр. Близилось время послеобеденного сна, и постепенно с нашего пути исчезли остатки аборигенов. Хотелось спать. Мы, не сговариваясь, присели на облупившуюся лавчонку. Глаза закрывались сами собой, но что-то оберегало меня от дремы: "не спи, тут опасно!"
Я разлепила глаза, и увидела перед собой совсем еще маленькую девчушку. Она остановилась напротив нашей скамейки, и глядела в нашу сторону.
"Не хочу туда!" - Уловила я крик о помощи. - "Там нет кукол!"
Помыслив (ой ли?) таким образом, девчушка поплелась дальше.
А я наконец-то поняла, что "тут было не так". Все люди в городе, как один, были заражены одной общей идеей: они стремились попасть в тюрьму. В белую ли, черную - неважно. Хотели заработать высокую привилегию примерным трудом и поведением. Вырвать у закадычного друга заветное место на грядущем отборе. Только эта мысль заставляла их передвигать ноги. Работать, готовить, кормить детей. Заводить новых. Уряне жили ради будущего конкурса. Те, кто сдались окончательно, выделялись странной вялой бодростью на общем не в меру вялом фоне.
– Просыпайтесь, друзья, - пихнула я в бок задремавшего металлиста. - Ну же!
– В самом деле, что это мы? - Вскочил, как ужаленный, металлист. - Никола! Вставай. Нельзя тут спать.
– А? - протер глаза технарь. - Я заснул? Надо же! Мне же всего три часа в сутки на сон требуется! И я уже спал, в той избушке с нарами… Странно…
Я шмыгнула носом. Везет же человеку - всего три часа на сон!
– Пошли, - поднялась я с лавочки. - Нас вторая тюрьма ждет.
И снова был холм, и снова на нем стояла тюрьма, на этот раз - белого цвета. Впрочем, от этого ничего не менялось - нас в нее не пустили, и, как и в предыдущий раз, обругали опарышами. А когда загудело поле, то оно нас не застало врасплох - мы успели телепортироваться к избушке Зуба. Зеки по призванию сидели вокруг стола. Обедали.
– Присаживайтесь, истинные люди, - пригласил нас авторитет. - Пообедаем. Шуша!
Появился крысоподобный домовой, зыркнул подозрительно, поставил дополнительные чурочки, плошки и ложки. Мы сели, вкусили вольной кашки.