– Господин Шувалов! – в голосе оппонента явно звучала укоризна. – Оставьте эти сентенции сочинителям бульварных романов из жизни графов и маркизов. История российского судопроизводства знает немало примеров, когда уголовные преступления совершали именно дворяне. «Червонные валеты» все были из хороших фамилий. Завещание Вонлярлярского подделывали не дворовые, а титулованные особы. Корнет Савин известен не только аферами, но и рукоприкладством без разбора. Уверяю вас, среди сибирских варнаков можно найти предостаточно людей с голубой кровью. К тому же после войны появилось немало людей с расстроенными нервами. Такому избить человека, а потом застрелить – раз плюнуть. Ну что, не надумали признаться, пока не поздно?
– Признаюсь как на духу, – объявил Петр нарочно скучным голосом, – барона Мирбаха не убивал. На том стоять буду до самого смертного часа.
– Зря паясничаете, – неодобрительно покачал головой следователь. – Не хотите признаваться – не надо. Только постарайтесь вразумительно объяснить, каким образом в вашем номере оказался браунинг, принадлежавший покойному. Именно он послужил орудием убийства. Думаю, самому лучшему адвокату не удастся оспорить эту улику. А когда найдем извозчика, дело ваше будет совсем плохо. Тогда уже не поможет никакое признание.
– Насчет пистолета тоже подсказал мифический извозчик? – спросил Шувалов с неприкрытой иронией.
– Нет, в этом отношении все в порядке. Горничная днем убирала в номере и заметила под ванной окровавленную тряпку. Вытащила, а там браунинг. Уж не взыщите, но пришлось без вашего ведома провести обыск. Не беспокойтесь, все сделано по закону. Даю честное слово, вещи досконально описаны, поэтому пропасть ничего не может. Тряпка оказалась носовым платком с вышитой монограммой барона Мирбаха. Очень опрометчиво вы поступили, не избавившись по дороге от этих предметов. Впрочем, подобную рассеянность можно объяснить алкогольной эйфорией. Такие случаи известны. С пьяных глаз сунули оружие в карман и обнаружили его уже в гостинице, когда решили принять ванну.
– Браво! – воскликнул Петр. – Вам почти удалось воссоздать полную картину преступления. Осталось только куда-то пристроить тот факт, что я не заходил в номер со вчерашнего вечера. Даже, днем, перед тем как меня арестовали, мне не удалось туда попасть. Покинув апартаменты генерала Крылова, я сразу направился к выходу и угодил в руки милиционеров.
– Вы напрасно пытаетесь найти прорехи в моих построениях, – ответил Александр Евсеевич, самодовольно улыбаясь. – Лично мной были допрошены оба портье. Как один, так и другой показали, что иногда, особенно в ночные часы, отлучаются из-за стойки, хотя это запрещено правилами. Ловкому человеку, особенно высокого роста, ничего не стоит перегнуться через барьер и, протянув руку, достать ключ. Покидая гостиницу, достаточно оставить ключ на стойке, чтобы портье автоматически вернул его в соответствующее гнездо.