Теа задумалась примерно на минуту.
– Это должно быть только соприкосновение сил. Как два левиафана в океанских глубинах встречаются, касаются боками и расходятся в темной глубокой воде.
Мне стало спокойнее – будто я ощутила эти темные, мирные глубины.
– Должно быть, – повторил Мика. – А что еще может случиться?
– Это может вызвать на поверхность твой ardeur, и ты будешь вынуждена его питать.
Вдруг я снова стала напряженной. Спокойствие темных глубин развеялось, как дым на ветру.
– Нет, – сказала я.
Натэниел шепнул мне в ухо:
– Анита, ты сможешь покормиться от меня без полового акта. А это способ от них отвязаться.
Мика посмотрел на меня:
– Только ты можешь решить, стоит ли того риск, что придется кормить ardeur здесь и сейчас, Анита.
Я посмотрела на сыновей. Близнецы смотрели на меня, улыбались то ли радостно, то ли смущенно. Но смущались они как подростки, когда вдруг мамочка делает что-то такое, чего они стесняются. А старший, за креслом, смотрел так, будто бы чувствовал себя как и я – чертовски неуютно.
– Ты, наверное, Самсон, – сказала я.
Он удивился, потом кивнул:
– Да, это я.
– И что ты обо всем этом думаешь? В смысле, хочешь ли ты сделаться сиреной?
Он опустил глаза, потом посмотрел на меня:
– Ты знаешь, что ты первая спросила меня, что я по этому поводу думаю?
Я не смогла скрыть удивления.
– Это не упрек моим родителям. Они меня любят – любят всех нас. Но отцу больше тысячи лет, а мать еще старше. Браки по сговору не кажутся им странными, и оба они были бы рады, если бы кто-то из нас обрел те же силы, что и мать. Это укрепило бы нашу власть на всем восточном побережье страны. Я все это понимаю, иначе бы меня здесь не было.
– Но? – спросила я.
Он улыбнулся, и это была улыбка его отца.
– Но я тебя не знаю. Мысль о принуждении к сексу с кем бы то ни было, это… это неправильно.
Я посмотрела на близнецов:
– А вы – Томас и Кристос?
Они кивнули.
– Что вы об этом думаете?
Они переглянулись, один покраснел, другой нет. Тот, кто не покраснел, сказал:
– Я Томас. Том, когда мама не слышит, потому что ей не нравится. – Он улыбнулся ей, глядя отцовскими карими глазами. – До нашего приезда я видел твои портреты. Я знал, что ты хорошенькая и… – теперь уже он покраснел, прикусил губу и заговорил снова: – Я был бы рад иметь предлог для секса с тобой. И это правда.
– Сколько тебе лет? – спросила я.
Он покосился на родителей:
– Не смотри на них, отвечай мне.
Ответил Самсон:
– Им по семнадцать.
– Семнадцать, – сказала я. – Боже ты мой, это же против закона!
– В Миссури это законно, – возразила Теа. – Мы проверили, перед тем как сюда их везти.