— Василий. Твой несносный Кузя достал. — Теперь подала голос Светка. — Или успокой Пегасенка, или из лука пальну. Стрелой в мягкое место. Мне терять нечего, кроме девичьей чести.
— Ой, ой, вспомнила о чести. Ты о совести вспомни и уме эпохи. — Передразнил Кузя, но на всякий случай отскочил подальше от охотницы. — Тут тебе, не там, правда папаня?
— Баста. Достали тунеядцы. — Резко остановился на месте и сбросил котомку с плеч. — Дневной привал. Член экспедиции утомился.
— Опять не выполнили план утреннего перехода. — Упрекнула Светка, мечтая об отдыхе не меньше моего, и деловито приказала. — Лошади на месте, мальчики налево, девочки направо и не подглядывать. Василий готовь обед, я на охоту.
Коллектив разбежался по интересам. Совершив интерес, вернулся на полянку. Из-за кустов доносился хруст веток — Кузя пользовался моментом и с аппетитом грыз неизвестные плоды зеленого цвета, с другой стороны поляны закаркали встревоженные птички. Светка пыталась охотится. Похвальное желание, но снайпер из девы — никакой. Птичка не единорог, в пернатую попасть надобно.
Устало опустившись на траву, стал развязывать котомку. Остались одни сухофрукты. Двухнедельный запас мяса уничтожили за три дня. Умудрились. Кузя виноват, да и Светка… Один ест в три горла, другая, охотится без толку. Экспедицию свежим мясом обеспечивает… Нечего Кузю кормить тушенкой, на подножном корме проживет. А я уже нет. Привык к хорошему.
— Толпа! Обед готов! — Крикнул, подзывая Светку и Кузю.
Повторять два раза не пришлось и через несколько мгновений, соратники сидели рядом. И Кузя сидел. Научился в последние дни, садится на лошадиный круп, широко раздвигая задние ноги и подкладывая вместо подушки лохматый хвост. Картина похабная, но сколько не намекал воспитанно прикрываться, Кузьма делал вид что не понимает. Обидчиво вспоминал о получеловеческой передней части тела и норовил сеть лошадиными причиндалами перед нашими физиономиями. Светка стыдливо хихикает, но терпит, мне неловко. Завидно. Хоть трусы на Кузю надевай…
— Война — войной, обед по распорядку. — Кузя радостно потер ладошки. — Что на сегодня? Опять сухофрукты? Тушенки не осталось?
— Две банки в неприкосновенном запасе. — Отрезала Светка. — И не мечтайте. Марш руки мыть.
— Кузя, не задерживай народ, кушать хочется. — Подхалимски поддержал начальство, в надежде на лишний кусок.
— Почему без коллектива? — Привычно возмутился Кузя. — У нас равноправие, если хочешь, иди мойся. Кстати, случайно видел, кто-то за кустики ходил, а гигиене учит. Выдавать не буду, но белую простынь, видно издалека.