Наверно, в какой-то момент Эстебан понял, что Лиента закрыт от него и пришел в ярость. В этом разгадка, почему Адоне с такой легкостью удалось сломать его сопротивление и подчинить своей силе – она застала черного Чародея во время волшбы, и что еще важнее – разгневанного, а гнев и разум несовместны. Отдавшись во власть страстей, человек перестает принадлежать себе, становится слабым. Вот и Эстебан не успел овладеть собой, чтобы сконцентрироваться для отпора. В гневе он забыл об осторожности, раскрылся. Адоня усмехнулась. Изворотливости его надо отдать должное – он нашел и воспользовался единственным, возможным для него шансом. Бой могла прекратить только она сама, и он понял, что прервет она его только ради Лиенты.
Адоня с состраданием смотрела на Лиенту – он снова оказался подобным легкой лодке, брошенной в пасть штормовых шквалов. Из задумчивости ее вывело шипение огня в очаге – в котелке ключом бурлила темная густая жидкость, пена выплескивалась через край, в огонь.
Смачивая белые тряпицы, бережно прикладывала их к страшным рваным ранам, до утренней зорьки склонялась над Лиентой, – что знала, что умела все отдавала ему. Врачевала то словами заветными, то целебной энергией бережных рук. Три сбора за ночь приготовила, несчетно тряпицы на ранах меняла. Когда устало разогнула спину, снаружи, над лесом уже разгоралась утренняя зорька. Адоня улыбнулась, довольная результатом своих стараний – сегодня, пожалуй, она заслужила доброе слово от Лиенты.
Он открыл глаза, когда наверху давно уже был день. Впрочем, в пещере это никак нельзя было определить. Взгляд Лиенты скользил по серым стенам, по неровному каменному своду. Пространство пещеры наполнялось приятным теплом от очага, горевшего в углублении стены наподобие камина. От него же расходился ровный свет, неожиданно сильный, высвечивая все уголки. Лиента увидел пучки сухих трав, цветы на столе, – видимо, от них в пещере стоял тонкий аромат цветущего солнечного луга. Он не заметил, откуда появилась девушка, она улыбнулась, быстро подошла к нему, ласково проговорила:
– Наконец-то вы пришли в себя!
Помолчав, он спросил:
– Это твое жилье?
– Да, здесь я живу, господин барон. Здесь не так роскошно, как у вас в замке, но если честно, мне здесь нравится гораздо больше.
Лиента ничего не ответил, и Адоня с той же ясной улыбкой проговорила:
– Сейчас я вас напою замечательным бульоном! Уверена, что вы умираете с голоду, господин барон.
– В твоем бульоне варились лягушки с крысами?
– О, господин Яссон, – укоризненно сказала Адоня, – вы так скоро начали демонстрировать вздорность и раздражение. Лучше посмотрите, какой малины я сейчас набрала для вас. Попробуйте! Вы убедитесь, что не пробовали ничего вкуснее!