– А ты с ними не встретилась? – удивилась Агриппина Павловна.
– Нет… я даже не знала, что они поехали ко мне… Может быть, с ними что-то случилось по дороге?
– Упаси бог, – замахала руками домоправительница.
– Да что вы все с ума посходили?! Стоило мне уехать на пару дней, как вы все рванули за мной вдогонку! Кого еще мне стоит поискать в Чехии? – рассердилась Яна, про себя подумав, что сама просила о помощи. Ирония в том, что помощи она просила у Ричарда, а приехали к ней на подмогу все, кроме него. – А почему вы оказались в полицейском участке? Не в музее, не в гостинице, а в полицейском участке?! – поинтересовалась Яна, прищурив голубые глаза.
– Нам так посоветовал Ричард… – смущенно ответила Агриппина Павловна, – он сказал: идите в полицейский участок, не ошибетесь, Яна уже будет там…
– Чудесно… – выдохнула возмущенная Яна.
Человек догадывался, что он в чем-то ненормален. Конечно, он понимал, что большинство людей не режут друг друга ножом. А вот он ножичек и острые ножницы периодически пускал в ход, но он не считал, что поступает плохо. Просто он был не такой, как все, и этим все было сказано.
Ему не нравились эти молодые глупые пустышки с наивно распахнутыми, накрашенными глазами и совсем не наивно обтягивающими топами и короткими юбками.
Эти девушки играли в игру, в игру с ним. Но он-то знал, что они уже проиграли ему. Беда состояла в том, что ему надоело убивать их, это вызывало одни и те же эмоции, и с каждым разом они были все меньше и меньше.
Он чувствовал, как начинал звереть от того, что эти растерзанные тела не дают ему ожидаемого эффекта. Он подвергал себя опасности, выслеживая и убивая их, а они не платили ему взаимностью, не давали больше состояния эйфории.
Человек все чаще вспоминал лицо той высокой шатенки в деловом костюме и с короткими волосами, когда она обнаружила труп зарезанной им глупой блондинки. Он боялся таких женщин, так как не понимал их. На ней не было кокетливых рюшей, избытка косметики, она не строила глазки, не жеманничала. К ней нужен был особый подход, и он пока не знал, какой.
В голову закрадывались пугающие его мысли: «Возможно, именно эта серьезная шатенка и есть моя вторая половина. Я ненавижу всех этих продажных и гулящих по своей сути женщин, но с ней, наверно, я мог бы стать счастливым».
Человек начал следить за женщиной, поразившей его воображение. Он впервые за долгое время снова испытал кайф, когда увидел, как смертельно испугалась эта непохожая на других женщина. Оказывается, можно получать удовольствие не только от самого убийства, но и от ужаса, которое это убийство производило на другого человека. Что скрывать, эта женщина его заинтересовала, и не просто как кусок мяса, куда можно вонзить нож, а как женщина и личность, раньше несовместимые понятия в его больном сознании.