– Но он же как-то питается? Чем-то зарабатывает на жизнь?
– Я не знаю. Ничем он не занят, вроде как инвалидность у него, на эти деньги и живет. А продукты носит ему какая-то старушка.
– Нет никого. Вроде была у него любовь с Людкой, но та уж давно замуж выскочила и уехала куда-то. Да я не знаю о нем ничего толком.
– А он хоть молодой или старый?
– Лет тридцать – тридцать пять… – пожала плечами официантка.
– Ого! Однако рановато он стал отшельником-то, – присвистнула Яна. – А как добраться до Горного?
– Все-таки вы рассчитываете на встречу с Костей?
– Мне больше не на что рассчитывать.
– Выйдите за территорию санатория, перейдите дорогу. Там будет туристический киоск. Купите экскурсию в село Горное на ужин с фольклорной программой и доедете до места. Экскурсии каждый день. А там отделитесь от группы и навестите Константина. Только не думаю, что он станет говорить с вами…
– Поживем – увидим. Извини, Тася, но омлет я уже не буду есть. Весть о внезапной кончине мужа Тамары выбила меня из колеи.
– А… Бедный парень! Мы с девчонками на кухне уже обсудили новость. Вот это любовь! Говорят, ночью он сам нырял в полном отчаянии, пытаясь найти тело Тамары, а затем вернулся в номер, упал без сил, заснул и не проснулся. Утром его обнаружили уже холодным.
– Пойду-ка я… – Яна встала и направилась в главный корпус в бывший номер Никиты, где проживали Толя с Тамарой.
И столкнулась там с господином Ватрушкиным собственной персоной.
– А, начальство пожаловало, – усмехнулся он.
– Анатолий действительно умер?
– Тоже, хотите сказать, из-за нас с Никитой? – задрожала Яна.
– Нет, думаю, что на сей раз обошлось без вас. Мы имеем дело с не насильственной смертью, а с несчастным случаем. Горе плюс переохлаждение в воде, вот сердце и не выдержало.
– Я могу посмотреть? – спросила Яна, сама не зная, на что именно она собралась смотреть в номере.
– Если это для вас развлечение, – пожал плечами Ватрушкин. – Там сейчас работает наш патологоанатом Бобер.
– Такая у него фамилия, и он просит называть себя именно по фамилии. Знаете, у человека специфическая профессия и свои странности. Но он настоящий профессионал своего дела, не только у вас в Москве есть люди…
Но Яна не стала дослушивать его вечную сагу о плохих москвичах, разрушающих всю жизнь местным жителям своим неуемным отдыхом.
«Люкс» Никиты был зеркальным отражением бывшего «люкса» Яны, с такой же отделкой и обстановкой, так что ничего нового для себя она не увидела. Все чисто, аккуратно, хрустальная посуда и пепельница, наполненная окурками, свежие цветы в вазе, почти полностью опустошенная бутылка местного портвейна, разбросанные по номеру вещи…