– Мы, – ответил в окно Папалаев, и они с Жуковым вылезли из машины.
Обе стороны показали друг другу удостоверения.
– Ну и чего вы узнали? – спросил Папалаев.
– Узнали пока мало… – сказал Гаврюшин. – Зато кое-чего нашли! Во, смотри! – И он расстегнул здоровенную кожаную барсетку, которую держал в руке, и достал из нее два завернутых в тряпку пистолета.
– Ни хрена себе! – вырвалось у Жукова.
– Они в колодце лежали, – пояснил лейтенант. – В соседнем дворе. А я думаю, заглянуть, что ли, на всякий случай, посмотреть, чего там… Все равно по пути едем. И вот пожалуйста! – Гаврюшин потряс зажатыми в руке пистолетами.
– Лихо! – одобрительно сказал Папалаев и показал пальцем на «макаров»: – Очень может быть, что вот этот Олегов.
– Ага! – согласился Жуков.
– Разберемся… – важно сказал Гаврюшин и снова положил пистолеты в барсетку.
– А как со свидетелями? – спросил Папалаев.
– Да говорю же – никак! – развел руками лейтенант. – Два подъезда обошли – никто ничего не видел. Хрен их знает, может, боятся…
– Может… – кивнул Жуков, потом осмотрелся вокруг и добавил: – Так, значит, говоришь, два подъезда?
– Да, – подтвердил лейтенант. – Вот этот третий, – указал он на двери, возле которых стоял, – последний.
– Ну давайте тогда мы поможем, – предложил Папалаев.
– Давайте, – согласился Гарюшин. – Вы начинаете сверху, мы снизу.
– Идет! – сказал Папалаев.
Все пятеро зашли в подъезд.
– Ну и вонь! – поморщился Жуков.
– Ничего, – успокоил его Папалаев, – подъезд небольшой. Так что управимся быстро.
Они поднялись по замызганной лестнице на площадку третьего, верхнего этажа, и Жуков нажал на кнопку звонка одной из двух расположенных там квартир.
– Кто? – донеслось изнутри.
– Откройте, милиция! – крикнул Папалаев.
За дверью послышались шаги, и через несколько секунд она открылась. В проеме стояла неопрятно одетая женщина неопределенного возраста с красным, пропитым лицом. В зубах у нее торчала сигарета.
– Че надо? – спросила женщина.
– Вы были дома вчера вечером?
– А че?
– У вас во дворе произошло нападение на…
– Не знаю я ничего! – перебила женщина.
– А кто-нибудь еще в этой квартире проживает? – спросил Жуков.
Хозяйка уже хотела что-то ответить, как вдруг из-за ее спины донесся какой-то шум и странный скрипучий голос произнес:
– Проживает, проживает!
Женщина повернула голову назад и крикнула:
– А ну марш в свою комнату!
– Кто это? – насторожился Папалаев.
– Да это… – начала хозяйка, но тот же скрипучий голос не дал ей договорить.
– Я брат этой мерзавки! – донеслось из квартиры. – Зинка, ну-ка немедленно впусти милицию! Я хочу дать показания!