Красные огоньки впереди идущей машины свернули с шоссе в сторону темнеющей внизу рощи и через пару сотен метров замерли и погасли. Павел и Кузя догнали Алену через несколько секунд и вышли из машины. Павел оглянулся по сторонам.
– Кажется, тихо, – сказал он. – Значит, так, съезжаем с дороги и переносим груз в «Ауди». Быстро!
Опять захлопали дверцы, и обе машины, медленно перевалив через обочину, покатили в сторону леса. Через пятьдесят метров Павел приказал остановиться. Затем они с Кузей вышли и выволокли из машины Савелия и Шалаева, который связанный и невменяемый, валялся в багажнике. Обоих сунули в машину Савелия, на заднее сиденье. Алена отстраненно наблюдала за их манипуляциями.
– Будешь ждать здесь, – строго сказал Павел и, немного помедлив, добавил: – А насчет Бали я серьезно сказал. Тебе надо отдохнуть.
Алена безучастно выслушала его. Павел подождал еще секунду и отвернулся.
– Поехали! – негромко сказал он Кузе.
Тот сделал шаг к Алене, сжал пальцами ее плечо.
– Все будет хорошо! – ободряюще сказал он. – Не вешай нос. Тебе просто нужно отдохнуть, Павел прав.
– Он всегда прав, – ответила она. – Разве ты не заметил?
– Кстати, это совсем неплохо, – сказал Павел. – Только ты не забудь поглядывать тут по сторонам. Если будет какая-то неувязка – сразу сообщай.
Алена молча отвернулась. Мужчины сели в машину и поехали прямо на черную тень рощи. Похоже, их уже не заботила безопасность – Кузя гнал «Ауди», не разбирая дороги.
– Давай прямо в лес, – негромко распорядился Павел, – и ткнись в какое-нибудь деревце. Нам не достоверность важна, нам важно, чтобы машину заметили как можно раньше. Менты не любят подробностей. А тут у них все под руками будет – красота!..
Кузя направил «Ауди» прямо на черную тень впереди. Смяв десяток молоденьких деревьев, автомобиль влетел в рощу и с треском впечатался в ствол десятилетней березки. Свет фар завяз в зарослях.
– Даже фары не разбил, – сказал Павел. – Гаси!
Они опять выволокли из машины своих пленников и положили их на траву. Орудуя ножом, Кузя освободил Шалаева от пут, посветил фонариком.
– Дышит, – сказал он, сдирая с лица парня полоску скотча. – И второй… А второй, похоже, оклемался! Я же говорил!
Павел подошел поближе, присел на корточки. В луче фонаря он увидел направленный на него мутный взгляд Савелия.
– Моя голова… – в голосе Савелия слышалось невыносимое страдание.
– Да, голова у тебя – слабое место, – сказал ему Павел. – Впрочем, в этом ты не одинок. Просто тебе не повезло. Тебя как зовут, мужик?
– С-савелий… – прошипел тот. – А вы… Вы кто? И почему мы в лесу? О-о, как болит голова!..