Они опять сели рядом, опершись спиной о согревшуюся от костра скалу.
Страшилище, убедившись, что они устроились на ночь, тоже вернулось к своей примитивной постели и улеглось досыпать.
Фоу-тан тесно прижималась к Кингу, его рука обвивала ее плечи. Кинг крепко прижал ее к себе.
— Фоу-тан! — сказал он.
— Да, Гордон Кинг, что ты хочешь сказать? — спросила она. Он заметил, что голос ее дрогнул.
— Я люблю тебя, — сказал Кинг.
В ответ послышался прерывистый вздох. Он услышал, как забилось ее сердце у него под боком.
Нежная рука робко поднялась и обвила его шею, ласково притягивая его голову к ее очаровательному лицу. Глазами, полными слез, она смотрела ему прямо в глаза. Губы ее задрожали, и он притиснул ее к себе в первом поцелуе любви.
Красота подобной цветку девушки, ее мягкость, беспомощность в сочетании с восторгом его первой любви окружили Фоу-тан ореолом святости. Он испытывал благоговение перед этой верховной жрицей святая святых его сердца. Он был поражен, что завоевал любовь такого дивного существа. Маленькая рабыня стала ангелом, а он — ее рыцарем. Это-то и был секрет любви Кинга к Фоу-тан. Он был рад, что она маленькая и беспомощная, потому что ему нравилось думать о том, что он ее опора и защита. Ему приятно было ощущать, что безопасность любимой девушки — его дело, и что он и физически и морально способен исполнить обязательства, что Провидение возложило на него.
Но несмотря на свою нежность и слабость Фоу-тан была не лишена уверенности в себе и мужества, что она убедительно доказала бегством из дворца Лодивармана и тем, как она переносила опасности в диких джунглях. Но она была настолько женственна, что величайшее счастье видела в защите со стороны любимого.
— Я очень счастлива, — прошептала Фоу-тан.
— И я тоже, — признался Кинг, — я никогда не был так счастлив, но теперь нам следует полностью изменить наши планы.
— Что ты этим хочешь сказать? — удивилась она.
— Мы можем не возвращаться в Пном Дхек. Нам надо найти выход из джунглей, чтобы я мог забрать тебя с собой в мою страну.
— Зачем? — спросила она.
— Прежде, чем я отвечу тебе, — промолвил он, — я хочу задать тебе один вопрос и получить на него ответ раньше, чем мы начнем строить планы на будущее.
— А что это за вопрос?
— Ты будешь моей женой, Фоу-тан?
— О, Гордон Кинг, я ведь уже ответила на него, ведь я тебе сказала, что люблю тебя. Фоу-тан никогда бы этого не сказала человеку, за которого не хотела бы у или не могла выйти замуж. Но какое отношение это имеет к нашему возвращению в Пном Джек?
— Очень большое, — ответил Кинг, — потому что я не хочу возвращать женщину, что будет моей женой, опять к рабству.