По его мнению, Вилли единственный мужчина в семье, у которого хватает ума оставаться честным, и, видимо, ему завидует.
Напоминаю, он довольно крут. Когда за что-то берется, то ни перед чем не остановится.
Кэллаген что-то проворчал.
— Прекрасно, но где я найду Майолу?
— Она сегодня выступает в клубе «Крестики-Нолики» на Корк Стрит. Номер её около полуночи; когда закончит, вернется на автомобиле в «Шоу Даун». Иногда прихватывает продувшихся в карты простофиль, иногда — нет.
Ривенхольт скромно кашлянул.
— Теперь могу я прикоснуться к гонорару?
— Да, я позвоню Дарки, чтобы он выслал его с посыльным. Получишь нынче вечером.
— Премного благодарен. Как раз подворачивается прекрасно им применение. Могу ещё чем-то помочь?
Кэллаген долго размышлял.
— Сейчас пока не думаю. Но все равно спасибо. Полагаю, я ещё свяжусь с тобой.
— Тогда мне остается забрать мой гонорар и поглядеть, что можно с ним предпринять в «Монт»…
— Можно, — проворчал Кэллаген. — Смотри только, чтобы уши не надрали… — и повесил трубку.
Какое-то время он внимательно изучал телефон, затем встал и вышел в приемную.
— Фред, пройдись-ка на угол, где подают чай и кофе. Купи чего-нибудь… любую мелочь… и какие ни на есть сигареты. Прихвати пару листов оберточной бумаги и тащи сюда.
Фред кивнул и исчез. Кэллаген вернулся в кабинет, позвонил Дарки и попросил переслать Ривенхольту 80 фунтов .
Вернулся Фред с бумагой — грубой оберточной бумагой для покупок.
Кэллаген сложил один из листов и разорвал его на четыре части размером со стандартный лист писчей бумаги. Затем наложил на него копировальную бумагу и сверху — два обычных листа для машинописи. Вставив всю эту пачку в машинку, он начал печатать:
"Привет, Слим!
У меня есть сведения, что ты работаешь на Беллами Мероултона. Если это так, тебя может заинтересовать информация о человеке, о котором Ярд давал объявление в газету. Я о человеке, которого видели возле морга в ночь убийства. Если ты ещё не в курсе, сообщаю, что это он спер завещание из часов старика Мероултона. Мы-то знаем, как знают и все братья Мероултоны, что завещание оставляет их без гроша. Но если завещание испарится, они получат денежки старика, как ни в чем ни бывало.
Итак, завещание у меня. И если твои клиенты согласны раскошелиться на пять сотен, я передам его — пусть делают с ним что угодно.
Если это устраивает, покажи это письмо Вилли в «Томе Пеперсе» — он скажет, как меня найти. Даже не предлагаю держать язык за зубами, так как прекрасно тебя знаю.
Так что Слимми — пока!
Сэмми Шейк.
P.S. Если не получу пять сотен, то через пару дней заброшу бумаженцию стряпчему Гезелингу. Так что пусть твои клиенты раскошеливаются поживее."