Алена только брови вскинула: Бергер вроде бы слишком молод, чтобы знать упомянутый фильм… Однако он его знал. Интересный мальчик, правда интересный!
– Товарищ Муравьев, возможно, скоро поймет, что несколько поторопился, – сказала она дипломатично. – Если мы с вами попытаемся ему это доходчиво объяснить…
– А вы что, полагаете, что Алексей Стахеев все же убил свою жену? – В тевтонских глазах зажглось просто-таки галльское любопытство.
– Нет, я так не полагаю.
– Тогда… тогда я не пойму, о чем мы будем говорить, – снова замкнулся Бергер.
Однако если Дева выходила на заданный курс, сбить ее было уже не так просто.
– Начнем вот с чего… Насколько мне известно, кто-то из соседей Стахеева подтвердил время его возращения домой. Экспертиза установила, что его жена умерла как минимум за час до названного времени. Кто именно из соседей заметил его возвращение?
– А почему я должен посвящать вас в детали расследования? – пожал плечами Бергер.
– Ну и не посвящайте, – покладисто улыбнулась Алена, – я и сама это знаю. Некая Людмила Мурзина, да? Жительница квартиры номер три?
– В самом деле, – кивнул Бергер. – Но откуда вы знаете оперативную информацию?
– Предположим, я вела свое расследование. Да, собственно, не важно! Поверьте, гораздо важнее то, чего вы не знаете. Стахеев отказался назвать вам имя человека, который засвидетельствовал его алиби, так?
– Так.
– Однако Муравьеву он имя все-таки назвал. Тем человеком оказалась его подруга Юля… Не припомню сейчас ее фамилию, да и роли особой она не играет.
– Перова ее фамилия. Странно, почему он так скрывал, что был у нее? Ведь об отношениях между ними мы уже были осведомлены, слухи об их романе уже ходили. Неужели был убежден, что мы не поверим алиби, которое удостоверит она?
– Самое интересное, что не только Юля могла это алиби подтвердить. Если верить словам Алексея, в то время, когда в подвале умерла Лариса, он вместе с Юлей клеил обои в квартире у ее тетушки… Людмилы Мурзиной. Об этом он сообщил Муравьеву, чтобы оградить себя от ваших, с позволения сказать, домогательств.
– И оградил… – пробормотал Бергер. – Но что, у нее две квартиры?
– Да. Насколько мне известно, на Ковалихе Мурзина сейчас вообще практически не живет, иногда только заходит – деньги взять у квартиросъемщиков. Но раньше наличие второй квартиры она скрывала, соседи уверены, что она ее совсем недавно приобрела. Конечно, никакого криминала тут нет, но… А скажите, Александр Васильевич…
Алена замялась. Она предпочитала европейскую манеру обращения – называть всех только по именам, – однако этого парня, этого, вообще говоря, мальчишку никак нельзя было величать иначе, чем Александр Васильевич. Бергера звали как Суворова. Кстати, Суворов ведь тоже был ростом невелик и собой невиден, а поди ж ты, каких дел натворил! Вот и Бергер, похоже, из таких…