– Жозеф! Ты крышку закрыл?
– Да, – приглушенным голосом отозвался охранник, который отрабатывал меткость попадания зонтиком в контейнер. – А как же! Я же помню инструкцию!
– Да ни хрена ты не закрыл! – крикнул его коллега по борьбе со взрывными устройствами. – Я вижу, что она открыта.
Последовала небольшая перепалка насчет того, кто именно должен закрыть контейнер. Спорили эти двое в касках и масках, остальные секьюрити смирно лежали, уткнув носы в землю, словно происходящее их никак не касалось и они просто решили позагорать, забыв снять при этом свои элегантные черные костюмы. Роман продолжал подглядывать.
В конце концов Жозеф поднялся, пригибаясь, добежал до контейнера, чем-то хлопнул, чем-то щелкнул, опять отбежал и опять упал, прикрывая руками голову поверх каски. Тогда его сподвижник выбросил вверх руку с каким-то пультом и нажал на кнопку.
Все это выглядело так драматично, так чудовищно всамделишно, что Роман не сомневался: сейчас грохнет! Однако все было тихо-мирно. Сапер еще пару раз выбрасывал в воздух руку с пультом, но без толку. Наконец Жозеф пошел открывать ящик. Секьюрити поднимались с земли и с преувеличенно озабоченным видом отряхивали колени, локти и животы.
Жозеф достал зонтик и, отодвинув с лица маскировочный щиток, посмотрел вокруг с непередаваемым презрением:
– Ну и чье это имущество, мсье?
– Вот его, – сказал один из секьюрити, ткнув пальцем в Романа.
– Нет, не мое, а того мсье, который уехал на серебристом «Порше»! – возмущенно воскликнул Роман. – Я просто хотел передать ему зонт!
– Виктур, – обратился Жозеф к одному из секьюрити, – окажи мне любезность. Отнеси это… во-он туда и выбрось в мусорный контейнер, хорошо?
Одно слово было им проглочено.
«Ничего себе! «Выбрось»… – удивился Роман. – Это ж чужая вещь! И вообще, а вдруг дождь?!»
Дождем не пахло. Пахло крупной разборкой.
«Пожалуй, пора смываться», – подумал Роман, украдкой оглядываясь.
Вот те на! Оказывается, у разыгравшегося с его участием военно-полевого спектакля нашлись зрители! Несколько человек стояли возле автолайна и с нескрываемым изумлением наблюдали за маневрами секьюрити. Маленькая девочка, сидевшая на руках у высокой красивой дамы в джинсах и бежевом свитере, вдруг замахала руками и закричала:
– Кадила! Кадила!
Роман не понял, что это значило, но дама засмеялась и забралась вместе с девочкой в автолайн.
За ней последовали и остальные наблюдатели происшедшего, а Роману в этой машине места не хватило, пришлось ждать следующей, причем секьюрити в павильон не уходили (а в это время кто-нибудь там, быть может, беззастенчиво грабил драгоценные произведения искусства и, не исключено, совал в мешок какого-нибудь «старого голландца»!) и не сводили с него глаз. Неведомо, конечно, догадались ли они, что этот русский их нагло дурачил, или только заподозрили это, но Роман от всей души порадовался, когда появился второй автолайн и он смог забраться туда, укрывшись от пристальных взоров. Что и говорить, отделался он легким испугом, да еще и повеселился!