— Месяца два назад. Но нам не разрешали. В МУРе говорили, что нужно получить разрешение руководства московской милиции, в ГУВД говорили, что нужно разрешение министерства. В общем, нас так отфутболивали месяца два. Пока наконец мне не сообщили неделю назад, чтобы я была готова к выезду на место с группой. А вчера, вернее уже позавчера вечером, мне позвонили.
— Откуда позвонили?
— Из министерства. Сказали, чтобы я приехала в управление и подошла к полковнику Горохову, которому поручено разрешить мне принять участие в такой операции.
— Кто именно позвонил?
— Откуда я знаю? Он назвал какую-то фамилию, но я не помню. Обычный дежурный. Он сказал, что он подполковник.
— Он сказал, чтобы ты приехала в управление?
— Да. Он сказал, что все согласовано. Я постарался успокоиться. Я помнил, что мне сказал Леня Свиридов. Он получил сообщение от Метелиной в одиннадцать часов вечера. В два часа ночи мы выехали на задание. А к Людмиле позвонили раньше. РАНЬШЕ! Значит, они знали, что мы поедем на задание, что в одиннадцать позвонит Метелина, а в два будет боевая операция. ОНИ ЗНАЛИ!
— Теперь сосредоточься и вспомни, когда тебе позвонили, — сказал я, глядя ей в глаза, — я тебя очень прошу, вспомни. Если можно, с точностью до минуты.
— Это я точно помню. Я как раз досмотрела по НТВ «Итоги». Киселев, конечно, любит выпендриваться, но у него всегда масса интересной информации.
— Когда начинается эта программа?
— Ровно в девять.
— Значит, тебе позвонили в десять, — кивнул я. Теперь не оставалось никаких сомнений. Тот, кто позвонил, или тот, кто разрешил этот выезд, знал заранее о готовящейся провокации. Теперь нужно было узнать, кто это мог быть.
— Мне нужно сойти с поезда, — вскочил я.
— Не в таком виде, — усмехнулась она. Я бросился одеваться.
— Может, ты вспомнишь фамилию дежурного? — спрашивал я, натягивая носки. Она сидела, поджав ноги.
— Ты хочешь оставить меня одну? — спросила она.
— Господи, — я чуть не упал, — неужели ты думаешь, что мне этого хочется. Но я должен выяснить, кто звонил. Понимаешь? Одевайся быстрее.
— Ты же полчаса назад говорил, что самое главное — это вывезти меня в Харьков. А теперь соскакиваешь, как обычный мужик?
Вагон дернулся, и я все-таки упал. Попробуйте надеть трусы при такой качке, да еще ругаясь с женщиной.
— Я никуда не соскакиваю, — нервно сказал я, — я просто хочу позвонить с первой же станции. — Проклятые трусы никак не надевались.
— Но для этого не обязательно сходить с поезда, — закричала она, — можно позвонить прямо отсюда. — Она встала и сняла куртку с вешалки. И достала… Что бы вы думали? Мобильный сотовый телефон. Вот это дела!