– Четыре к семи, – произнес Эйно, глядя ему в глаза.
Хозяин поклонился и ответил по-пеллийски с сильным, режущим ухо акцентом:
– Пять от десяти. Меня зовут Ромир. С этой минуты я ваш слуга. Пожалуйте в трапезную.
Есть? Здесь? Что же они мне предложат – протухший бараний жир и кашу из кислой соломы? Попытавшись представить, чем нас будут сейчас кормить, я скривился и ощутил спазм в желудке. Наверное, следовало бы прихватить что-нибудь с «Брина». Бэрда, по-видимому, посетили те же самые мысли. Поглядев на меня, он незаметно провел рукой по горлу и сморщил нос – однако же мы ошиблись, да еще и как.
Двигаясь за хозяином, мы вдруг оказались в светлом и просторном зале, где стоял круглый, застеленный тяжелой скатертью стол и несколько высоких стульев. С низкого потолка свисал на цепи витой светильник, чем-то похожий на раковину морской улитки. А на столе не было ничего похожего на бараний жир.
– Я как раз собирался обедать, – словно извиняясь, проговорил Ромир и попытался помочь Эйно сесть на стул, но был вежливо отодвинут в сторону.
Я услышал, как Бэрд тихонько свистнул сквозь дырку в зубе. Посреди стола находилось блюдо с молочным поросенком – жареным, с корочкой, обложенным какими-то травками и овощами. Рядом плавал в соусе жирнейший каплун. Горки риса на небольших тарелках, небольшие белые хлебцы и бесконечное разнообразие свежайшей зелени…
Да, сказал я себе, вот тебе и урок. Не суди о жратве по кислым овчинам. Надеюсь, повара господина Ромира не переперчили каплуна?
Мы с Бэрдом довольно бесцеремонно разодрали несчастную птицу, оставив хозяину поросенка. Эйно, это я понял сразу, есть не собирался вовсе, он лишь прикусил зубами хлеб и бросил в рот подсоленный пучок травы. Он выглядел задумчивым.
– Я зашел в Бургас для того, чтобы пополнить запасы, – довольно туманно начал он. – Еще мне нужны лошади, не меньше сорока самых крепких и выносливых лошадей. Я в них плохо разбираюсь, и поэтому рассчитываю на вашу, дорогой Ромир, помощь…
– Все, что смогу, – несколько подобострастно отозвался хозяин. – Лошадей – буквально сегодня. Какие припасы будет угодно закупить вашей милости?
– Всего понемногу… это, в сущности, не главное. Скажите, Ромир, вам приходилось слышать о кхуманах?
Ромир кашлянул.
– Приходилось, – кивнул он, откладывая в сторону двузубую вилку. – Только не здесь. Там, где я… там, где я жил раньше.
– Да, я знаю, что на родину вы вернулись не так давно. А здесь? Разве Бургас не торгует с рашерами?
– Эпизодически, не более того. Лауда не является торговым перекрестком, вы должны это знать. Торговцы-рашеры заходят в наш порт не чаще одного-двух раз в год, они не имеют здесь ни постоянных представителей, ни постоянных интересов. Бургас вообще стоячее болото. Здесь ничего не происходит, сатрапы мало интересуются даже своими собственными территориями. На окраинах страны вообще не платят податей – их просто некому там собирать.